Ужас клана. Акт I

Я скажу вам кое-что, но только не поймите мои слова как выражение неприязни или чего-то подобного – Клан Оракулов, это просто люди которые посвятили себя жизни ради чистоты своей души, они не учителя, а потому не находят грань между знаниями нужными и совсем бесполезными. Настоящее сокровище в познании вы естественно найдете среди нас, Хранителей, а потому я вам скажу, чтобы вы не велись на громкие слова Оракулов, а все трезво оценивали. И самое главное, не верить разным пророчествам, падающим из уст каждого Оракула.

Есть вопросы?

– Учитель, а вы верующий? – спросила девушка, ранее поднявшая руку.

– Да, я верующий, – сознался я, – я живу по законам нашего великого Антарота, следую всем его правилам. Ранее, когда я был молод, я был на перепутье выбора. Мне пришлось решить быть ли воином в соответствующем клане, или же посвятить свою жизнь знаниям. Только из-за веры я не взял в руки оружие, и выбрал служение знаниям и их хранению.

Но сказанное мною было ложью. Увы, я не мог сказать, почему именно пошёл в клан Хранителей.

– Но учитель, – вмешался еще один ученик, – вас знают как очень хорошего бойца, вы же занимаетесь тренировками на мечах помимо основных своих обязанностей.

– Не нужно путать одно с другим. Вступив в Клан Воинов, я бы поклялся стать на защиту Гикии, а значит, был готов убивать за свою страну, это было неприемлемо для меня. Простые тренировки в свободное время и оттачивание боевого мастерства всего лишь дань уважения тому выбору и мудрому решению в прошлом. Я не хочу хвастаться, но я действительно считаюсь одним из самых опытных бойцов, но я не воин, а значит, никогда не использую свой опыт против другого человека, будь хоть враг передо мной, ибо таковы заповеди моей веры.

Но вы также, наверное, спросите, как я могу верить в бога, если большую часть жизни посвящаю себя науке. Вы будете правы, сомневаясь в этом, потому что наука и религия это сферы жизни, которые никак не могут уживаться друг с другом. По большей части я, конечно же, остаюсь учёным и как учёный истинно поверю в бога, если увижу его, как многие бы хотели. А говоря, что я верующий, я подразумеваю веру в высшую справедливость, а не конкретно в загробный мир и тому подобное.

– Понятно, – покивал задавший вопрос юноша.

Наша беседа затянулась еще на долгое время. Даже когда мои ученики устали, они продолжали слушать и впитывать каждое мое слово. Я давно научился говорить со своими учениками так, чтобы они буквально проглатывали все сказанное мной.