Ужас клана. Акт I

Хочу, чтобы он стал Хранителем.

Обычная просьба простого человека. Быть Хранителем, значит иметь много привилегий, и не удивительно, что от рождения дети получают статус моего Клана. С такими просьбами ко мне приходят чуть ли не каждый день, и я их удовлетворяю, ибо нет причин для отказа.

– Твоя просьба будет исполнена, сегодня же Хранители прибудут в ваш дом. Скажите свое имя.

– Зовут меня Ирлам-Анн, а внука назвали мы Зиро.

– В честь императора? Хорошее имя.

– Я знаю, господин, его мы так назвали как дань уважения к нашему Правителю.

– Встань с колен Ирлам-Анн, – вежливо попросил я, – ты должен знать какова цена принадлежности твоего внука к Клану.

– Я знаю.

Хорошо, что он знает. Это решение было явно принято не так легко, ибо ребенок этот – Зиро-Анн, став Хранителем, до совершеннолетия не будет видеться с родителями, его местом станет наше общество, а свою жизнь он посвятит только учению.

– Ступай с благословением Антарота.

– Благодарю вас, господин Мор-Сул.

Когда мужчина спустился и покинул зал, я взглянул на Джаан-Сина, который уже записывал в свой журнал список распоряжений на сегодня, и вписал назначение младенца Хранителем.

Ко мне поднялась молодая женщина, сияющая своей юной красотой. Ее черная одежда облегала превосходную фигуру, но ее красота терялась, когда я заметил на красивом лице грусть и частичку горя в глазах. Она стала на колено и убрала длинные черные волосы от глаз, подведенные черным макияжем.

– Что угодно юной девице в моем дворце? – спросил я.

Она приподнялась, чтобы протянуть мне мешочек. Его она прятала в ладонях, и поэтому я не замечал его раньше.

– Господин Мор-Сул, примите эту плату за мою невеликую просьбу, – жалостно говорила она, – давеча у меня погиб муж. Я хочу, чтобы его имя было записано в ваших свитках. Хочу увековечить память о хорошем человеке.

Печально это слышать. Я встал с трона, поднял женщину с колен, а мешочек, где очевидно было золото, прижал к ее груди.

– Мне жаль твоего мужа, оставь дань себе, она тебе нужнее.

– Крин-Улл, господин, – почти плача произнесла она.

Джаан-Син записал в журнал.

– Как он погиб? – спросил я.

– Упал с крыши дома, когда чинил наше жилище.

– Кем был твой муж?

– Мы с ним обычные граждане этого прекрасного города. Простите, что я осмелилась явиться к вам, не имея печати Хранителя, я просто думала, что вы не будете слушать меня, – захныкала она.