Ужас клана. Акт I

Неужели он думал что, не спросив сейчас, я никогда бы не пришел ему на помощь, дабы поддержать хотя бы морально, неужели он теряет доверие ко мне? Почему же? Прежде чем ответить ему, я старался наполнить голос дружелюбием, и зарядить силой всех тех времен, что мы жили плечом к плечу, поднимаясь вместе по лестницам иерархий пусть даже в разных Кланах. Услышав мой убедительный ответ, он словно скинул целую скалу со своих плеч и облегченно вздохнул. Я не мог терпеть все это, меня мучил единственный вопрос:

– Ты мне перестал доверять? – мое опасение вызвало слабую реакцию у Воина в виде непонимания.

Он нахмурился, а потом поник.

– Догадался? – спросил он с намеком. Он подошел ко мне вновь и дружески меня обнял, – прости меня Мор-Сул, я позволил себе усомниться в нашей дружбе.

– Но почему? – отвел я его руки от себя, – что я сделал такого?

– Это я старый дурак думал, что тебе все равно, я же знаю тебя, ты всегда старался держаться подальше от наших общих проблем, и поэтому я думал…

– Тэйрат! – остановил я его раскаяния, – мы стали жертвой простого недопонимания, давай забудем твои последние слова.

Я не обиделся на тебя, а что касается помощи, то я бы тебе помог в любом случае. Ты говорил – я стараюсь избегать проблем, а что мне делать? Мы простые хранители знаний, не хотим вмешиваться в дела Зиро-Гула, в твои тоже, я не говорю уже о других. Я просто не обладаю достаточной властью, чтобы что-то менять в корне. Я, конечно, соглашусь на твою просьбу, но если честно, не понимаю, как именно я смогу оказать тебе поддержку.

– Присутствие того кому можно доверять, вот единственная поддержка, – сказал Воин.

О наш Антарот, что творится с этим человеком? Непоколебимая вера, ярость меча и щит, накрывавший Гикию в лице Тэйрат-Диеса, все это превратилось в метущуюся душу. Наконец мне стало ясно, он просто поддался начальной стадии того неверия, что одолело сегодня Магниуса, он усомнился в наших богах, но продолжает в них верить. Эту тему я затрагивать не стал, боялся, что ситуация ухудшится.

Ему стоит оказать помощь, какую он просит, и я ее окажу, с любезностью и с радостью:

– Не волнуйся, я тебе помогу!

Он опять вздохнул, и наконец, я увидел на его лице доверительную улыбку. Мы сняли перчатки и пожали друг другу руки, а потом оседлали резвых скакунов и, поклонившись, поскакали по разным дорогам. Отряд покорно меня ожидал, и мы продолжили путь домой. На этот раз Фари не стал ничего спрашивать, да и я бы ничего ему не сказал.