Ужас клана. Акт I

Я понял – вера, это сплошная иллюзия. Нет у нас под ногами земных создателей, мы просто заставляем людей верить, чтобы они были послушными. И они слушаются меня, что самое страшное. Я распространитель лжи. А значит, на меня вы всё повесите, когда случится беда? Да? Не бывать этому. Я скажу людям, слышите, что всю жизнь человечество верило в пустоту.

Он медленно встал. Напряженная обстановка сменилась непониманием с медленным течением времени. Все друг на друга смотрели, но увидели, как по щекам старика Оракула побежали слезы, он зарыдал.

– … пустоту… – продолжал шептать старик, – а что народ? Он обманутый вами и мной, к сожалению, не знает правды. Вам нужно лишь материальное благо и вы его получаете, а люди страдают! Они верят в то, чего нет!

– Хватит! – вскочил Тэйрат, – я не желаю слышать эту клевету. Ты, Магниус, представитель самого святого общества, позволяешь говорить себе такое? Еще одно дурное слово и Антарот свидетель, я тебе отрежу язык! – угроза с его слов была реальна. Он достал нож.

– Ты боишься признать правду? – Взгляды на веру Магниуса поменялись, но наивность осталась все та же, – Все вы! Кого вы пытаетесь обмануть, втюхивая свой Минарил. Кого? Только не меня. Сами подумайте, где Боги? Где их артефакты? Нет ни того, ни другого!

Ничего не говоря, Тэйрат вышел из-за трона и со свирепым лицом обошёл стол, готовя нож. Хризо-Нур попытался остановить огромного Воина, я сорвался, кинулся к Тэйрату и повалил его на землю, когда он почти накинулся на Магниуса.

– Хватит Тэйрат! – кричал я.

– Грешник! – крикнул Копатель, – Как ты смеешь порочить имя Антарота, нося на себе эту мантию? – он бессовестно повалил старика на пол и оторвал с него пояс с символом Оракулов, стянул платья, заставил Магниуса просто уползать от мучителя. Я не мог отойти, ибо держал Тэйрата, который никак не хотел успокаиваться.

– Пусти меня Мор! Он поплатится за эти слова!

– Ты больше не Оракул! – бил Хризо ногами старика, – ты не будешь носить эти одеяния, пошел вон отсюда! – к буйному Копателю подбежал Миул-Хор, чтобы оттянуть его от бедного плачущего, избитого и почти раздетого старика.

Это был настоящий балаган, и во мне проснулся стыд за участие в нём. С большим трагизмом я наблюдал, как Миул-Хор усаживает красного от ярости Хризо-Нура, и как я сам лежал на своем друге, еле удерживая и оберегая от глупых действий.