Двенадцать ночей

Глазам больно было смотреть, кровь в груди, казалось, ползла вдоль ребер, как муравьи.

– Флип, режь ножом – нет больше сил держать.

Флип продолжал вглядываться в ногу Элл, во всю эту массу узлов и переплетений.

– Нельзя – слишком тут много и туго. Я порежу ее. Погоди.

– Я не удержу, Флип. Если сейчас ветер…

Флип выпустил ногу Элл и встал. Ярость в голове у Кэй вспухла немым криком. Как он смеет сдаваться! Как он смеет опускать руки!

– Кэй… Кэй… Кэй…

Ладони Флипа заплясали перед его лицом, пальцы вытягивались, извивались, он вперял взор то в Элл, то в свои руки, то опять в Элл.

– Три… секунды… еще… могу, – проговорил Вилли. Каждое слово прорывалось сквозь отдельный всплеск изнуренного усилия.

Пальцы Флипа танцевали. Он вошел, чудилось, в некий транс, загипнотизировал себя, он словно бы глядел на самое важное, что есть на свете, и зрелище до того увлекло и заворожило его, что он выпал из времени, испытывая глубокую, напряженную любовь к своим движущимся ладоням.

И вдруг он разом обрел свободу. Плавным, быстрым движением он взялся за нож у себя на поясе, выхватил его, упал на колени и перерезал один-единственный трос в левой верхней части той мешанины узлов, что по-прежнему опутывала колено и бедро Элл. В тот самый миг Вилли, обессиленный, выпустил ткань и повалился на спину, задев по дороге плечо Флипа и свалив наземь его тоже.

Но Кэй едва обратила на это внимание.

Ее взгляд был прикован к тросам, обвивавшим ногу Элл. Они, точно живые, отпрянули от того места, по которому прошелся нож Флипа. Одни крутанулись, взвились и пропали; другие исчезли, разматываясь, напоминая воду, воронкой вытекающую из ванны; третьи, высвободившись из сложной путаницы, улетучились струйками пара на ветру. Так или этак – словно в замке?, щелкнув, повернулся ключ – они все расплелись, капкан разжал свои челюсти, Элл кое-как поднялась на ноги и рухнула в объятия Кэй.

Как ему это удалось?

Когда Кэй опять открыла глаза и огляделась, двое духов уже начали сортировать имущество, которое пощадило крушение. Флип аккуратно взялся за корзину – она лежала опрокинутая в нескольких шагах от девочек – и с грохотом и треском перевернул ее обратно. Кэй пристально разглядывала его поверх сгорбленного плеча Элл.