Когда приходит Рождество

Если пикап здесь, значит, и Трэвис должен быть поблизости.

Она подумала, что где-то тут должны быть конюшни, и в одной из них, возможно, черный конь, Полночь. Но она не могла увидеть в тумане ни одной постройки. Поэтому она отошла от дома и стала бродить неподалеку, чтобы их найти.

Она не так уж и далеко ушла – по ощущениям вообще едва отошла, – но стоило ей лишь бросить взгляд через плечо, как вдруг и “шевроле” пропал из виду, и дом исчез. Все поглотил туман.

Дженнифер была не из тех женщин, кого легко напугать, но в тот момент, когда она поняла, что потеряла все свои вещи и путь обратно, внутри заклокотала тревога.

Из тумана выскочил дикий черный конь – зубы скалит, белые глаза вращаются! Он появился так тихо и неожиданно, что почти налетел на нее до того, как она вообще поняла, что тут кто-то есть. Дженнифер закричала и беспомощно вскинула руки, когда Полночь встал на дыбы, а всадник заревел, точно зверь, пытаясь совладать с поводьями.

Конь уже почти скинул его. Почти втоптал Дженнифер в землю. Но Трэвису удалось совладать с ним и развернуть его копыта, которыми он бил в воздухе. Дженнифер шагнула назад, держа скрещенные руки перед лицом.

Фыркнув, Полночь опустился на землю. И наконец успокоился.

Уголок губ Уинтера дернулся вверх, когда он представил себе эту сцену. Виктория говорила, что жизнь Трэвиса Блэйка – самая настоящая готика. И правда ведь! Эта драматичная встреча напоминает сцену из книг Шарлотты Бронте.

Тяжело дыша, Дженнифер подняла взгляд на всадника, окутанного туманом. Трэвис посмотрел на нее сверху вниз, его губы искривила злая ухмылка. Полночь пыхтел, и у его ноздрей кружился туман.

– Кто вы? – рыкнул Трэвис.

Дженнифер медленно опустила руки. Неторопливо и глубоко вдохнула, чтобы успокоиться.

– Я Дженнифер Дин. Из школы, – ответила она.

– А, точно, – сказал Трэвис. Конь под ним беспокойно перебирал копытами. – Зачем вы сюда приехали?

– Вы не перезвонили.

– Я не хотел с вами разговаривать.

Дженнифер Дин вздернула подбородок. Трэвис все ухмылялся, глядя на нее. Но она была спокойна, сдержанна со свойственным ей изяществом. Она пристально смотрела на Трэвиса, когда конь заржал и подошел слишком близко.

– Я знаю, что вы не хотите говорить со мной.