Птица, которая пьёт слёзы. Сердце нага

«Да, я знаю. И поэтому ты бросил своё обучение», – мягко ответил ему Хварит.

«Да, всё так. Я больше не мог там оставаться». – Было заметно, как тяжело дались Рюну эти слова.

«Я понимаю тебя. Но всё же ты был послушником, а значит, тебя наделили божественным именем. Ларганд и есть одно из имён Богини, которая не оставляет следов. Неважно, послушник ты сейчас или нет, Богиня даровала тебе своё имя, чтобы ты мог призвать её. Только это имеет значение». – Хварит говорил честно и прямо, не оставляя шансов на сомнения.

«Это правда?» – пытался осмыслить услышанное Рюн.

«Да. Если бы ты продолжил обучение, ты бы тоже знал об этом. Ты можешь призвать Богиню, так как она наделила тебя этим именем. То, что тебе предстоит сделать в Великом Храме, имеет к этому прямое отношение. Вот почему я сказал, что теперь только тебе под силу справиться с этим. К тому же… – Хварит поморщился от боли, но сумел закончить свою мысль: – …ты мой друг. Я бы не смог найти кого-то ещё, кому бы доверился в этой ситуации.

Глаза Рюна засияли серебром. Когда он попытался аккуратно смахнуть слёзы с глаз Хварита, то понял, что слёзы текли из его собственных глаз.

«Теперь иди», – из последних сил проговорил Хварит.

«Нет, Хварит, ты должен пойти со мной. Ты обязательно поправишься. Я найду кого-нибудь, кто сможет тебе помочь», – с возрастающим волнением в голосе проговорил Рюн.

«Ничего не выйдет», – снова с горькой улыбкой ответил Хварит.

Было очевидно, что звать кого-то уже не имело смысла, так как ранение было слишком серьёзным, но Рюн воспринял это как запрет, ведь теперь в башне нельзя было никому доверять. До сих пор разум Рюна был открыт, поэтому Хварит с лёгкостью увидел это в его мыслях, но не стал ничего объяснять. Он слишком устал.

«Иди же, Тидюсрюн Ларганд Фэй!» – собрав остатки сил, Хварит в последний раз попытался повлиять на разум Рюна.

Рюну ничего не оставалось, кроме как быстро подняться на ноги и побежать в сторону двери.

Оставшись в одиночестве, Хварит глубоко вдохнул. Он больше не чувствовал боли в спине. Холод постепенно окутывал всё его тело, принося ему столь долгожданный покой.

Хварит понимал, что в некотором смысле использовал Рюна. Но сейчас предназначение всей его жизни уже больше ничего не значило для него. Хварит не будет разочарован, если у Рюна ничего не выйдет. Ведь он никогда не узнает об этом.