Подглядывая в будущее

Дерево как будто принимало объятия детеныша и прижимало его к себе.

– Давно хотел спросить. Ты очень веселая и позитивная, а сюжеты всегда такие печальные, – вглядываясь в картину, задумчиво сказал Адам.

– Ты смотришь сердцем, отсюда и печаль, – оживленно заговорила Маринэ. – Ты видишь одинокого жирафа, который остался без семьи. Но если ты посмотришь его глазами, то он вовсе не одинок. У него есть озеро, чтобы утолить жажду и дерево, которое накормит его и согреет в объятиях. Печаль на картине была бы другой.

– Уныние и боль уже какие-то получаются, а не печаль, – улыбаясь, сказал Адам, посмотрев на свою художницу.

– Твои бесчисленные отчеты и исследования – вот это уныние и боль.

– Наука тоже в какой-то мере творчество. Ты орудуешь кистью, а я мозгами, – произнес он со всей серьезностью дипломированного специалиста в области медицины.

– А я, значит, кистью без мозгов творю? – сказала Маринэ и засмеялась.

– Крутой сюжет, равнодушным не оставляет, – все так же серьезно сказал Адам.

– Спасибо, котик, – супруга отправила воздушный поцелуй и убежала в прихожую одеваться.

– Сбавляй обороты, любимая. Надо приучаться беречь себя, у тебя внутри растет человечек, – заботливо заворчал он.

– Хорошо. Я убежала.

– Пока-пока.

Адам еще около часа читал научный журнал, затем собрался на работу и вышел из дома. Автобус, как обычно, пришел быстро. По дороге будущий отец придумывал имя своей дочке.

Маринэ тем временем уже сидела с чашкой утреннего кофе и болтала с Олесей.

– Ребеночек – это так здорово, – умилялась Леся.

– Конечно, мы так давно хотим малыша. Я так хочу стать мамой, увидеть свою малютку. Мне снилось сегодня, что у нас родилась девочка.

– Во снах обычно все наоборот. Значит, мальчик будет, – уверенно заявила подруга.

– Нееет, – протянула Маринэ, – мне кажется, дочка будет. А вообще кто бы ни был, мы будем рады одинаково.

– А вдруг двойня, – предположила Леся и посмотрела на беременную подругу широко раскрытыми глазами.

– Значит, вдвойне будем счастливы, – сказала будущая мама и захихикала.

Олеся улыбнулась. Ей становилось тепло от одного взгляда Маринэ, ведь в этом взгляде читалась доброта и искренность.

После кофе девушки приступили к работе в магазине.