Не дорога ведёт нас

Мужчина положил ладонь на дуло пистолета, опустил оружие вниз и вплотную приблизился к девушке.

– Как же ты спасешь кого-то в этом городе, если не можешь спасти даже себя? – прошептал он ей на ухо.

И тогда пистолет выпал из рук Ланиакеи.

Стук.

Вслед за ним рухнула и девушка.

Это было не первое ее падение в этом городе, но самое болезненное. Она прислонилась к стулу, на котором сидела минутами раньше, прикрыла лицо руками и зарыдала. Слезы было не остановить.

Мужчина слегка потрепал ее синие волосы и вернулся на свое место.

– Зачем ты так с ней, Квинт? – спросила Эир Хансен, наблюдавшая сцену с обратной стороны барной стойки.

Мужчина не ответил на вопрос.

– Эир, ты варишь чудесный кофе. Лучший в этом городе, – он одарил ее улыбкой и сделал глоток из чашки.

Когда Квинт закончил пить кофе, его взгляд сместился в сторону Ланиакеи. Она все еще сидела на полу, потупившись в пол.

– Узнай, что хотел диспетчер, детектив, – спокойно произнес мужчина.

– Нет… – тихо проговорила девушка и покачала головой.

 – Я… я… не могу…

– А кто тогда сможет?

– Не знаю…

Официантка подошла ближе к единственным посетителям заведения.

– Прекрати над ней издеваться, Квинт, – сказала она. – Это уже слишком. Разве не видно, что она измучена? Просто отвези девушку в отель. Хоть это ты можешь сделать?

– Как скажешь, Эир, – мужчина легким движением руки надел шляпу.

Квинт встал из-за стойки, слегка потянулся, зевнул и снисходительно посмотрел на синеволосую девушку с заплаканным лицом.

Она была сломлена или сломана, смотря как посмотреть. Если бы сейчас кто-то приставил ружье к голове Ланиакеи, то она бы даже не дернулась. Так что не удивительно, что когда мужчина присел рядом с ней, поднял пистолет и сунул его за пояс, никакой реакции не последовало. Даже секундами позже, когда он протянул руки вдоль ее пояса и сгиба ног, чтобы поднять, она не сопротивлялась. Отсутствующий взгляд говорил сам за себя.

– С тебя яблочный пирог, Эир! – сказал Квинт и подмигнул работнице кафе.

– Можешь ты хоть раз сделать что-то бескорыстно? – спросила она.

– И кофе! – добавил мужчина и скрылся за красными дверьми.

* * *

Это была не последняя моя встреча с Квинтом, но самая запоминающаяся. Гиппокамп – враг мой, так иногда говорил дед. Многие в этом городе пытались сломать меня, но завершил начатое именно Квинт. Что-то во мне остановилось тогда, как в старых часах со стрелками, и, как старые часы со стрелками, починить меня было некому.