Сгорая дотла

Я принадлежала ему, была в его плену и власти, позволяя делать все, что он хотел. И не было ничего сексуальнее и ничего приятнее, чем подчиняться Кори, позволять ему делать все, что ему заблагорассудится, потому что это было именно тем, чего я жаждала…

Я моргнула и чуть не застонала вслух.

«Боже, что со мной такое, черт побери?»

Я попыталась вспомнить то, о чем говорила.

– Ничего. Я ничего не хочу. Наверное, снова уснуть. Я становлюсь раздражительной.

Кори кивнул со странным, загадочным выражением лица, и на одно ужасное мгновение мне показалось, что он увидел себя в моей мечте.

Затем он мягко улыбнулся и похлопал себя по плечу.

– Располагайся.

Я колебалась, задаваясь вопросом, могу ли я себе доверять.

«Возьми себя в руки. Твои крайне неприличные мечты о Кори – результат страха и усталости, не более».

Я склонила голову к его плечу, он обнял меня. Сильные, мускулистые, но в то же время теплые и успокаивающие руки. Надежные.

Я закрыла глаза, чувствуя себя в абсолютной безопасности.

Должна признать, что возбуждение, которое я испытала здесь и сейчас, не имело ничего общего со страхом или усталостью. Совсем ничего.

Глава 10

Кори

Впервые с момента начала этого испытания я действительно заснул. Я заснул, обнимая Алекс, и проснулся, защищая ее в своих объятиях. Это был лучший сон, на который мог надеяться человек, запертый в банке с вооруженными психами под безжалостным люминесцентным освещением и с бетонной плитой вместо кровати.

Будь проклята эта женщина и будь проклято мое глупое сердце за то, что я пытался ухватиться за все, сказанное ею о своем женихе прошлой ночью.

Ее жених. Кстати, о сумасшедших…

Он, должно быть, невменяемый, раз спит рядом с этой женщиной каждую ночь и просто… что? Ничего не делает? Безумие.

Я крепче обнял Алекс, и в мой мозг закралась совершенно низменная мысль.

«Она моя. Здесь, по крайней мере, она моя».

Конечно, это не так. Алекс не принадлежала никому, кроме самой себя.

Я чуть не рассмеялся вслух, подумав о том, что бы она сказала на такое заявление о праве собственности. Я представил, как она хмурит брови и как в ухмылке у нее приподнимается уголок рта. Затем она разворачивает большую лекцию об упрямстве мужчин, а я просто слушаю, как она говорит, она говорит, а я слушаю…

Я одернул себя и выругался себе под нос. Я зашел слишком далеко, фантазируя о том, как она читает мне нотации.

«Это нужно прекратить.