Не оставляй меня

Пресс-папье с морскими животными. Я имею в виду… как ты это делаешь?

Боже, я лепетала как идиотка, пытаясь удержаться на плаву, в то время как мысль о возвращении в Саммерлин была свинцовым грузом, тянущим меня вниз. Джона нахмурился, явно пытаясь решить, действительно ли меня это волнует или я просто тяну время.

«И то и другое».

– Я мог бы объяснить, – сказал он, – но на это уйдет весь день, а у меня плотный график, и я должен его соблюдать и…

– Мое присутствие здесь – огромная заноза в твоей заднице, – закончила я, не желая навязываться, – я понимаю.

– Ты не заноза в заднице, – сказал Джона.

Я склонила голову набок.

– Ладно, может быть, немного, – сказал он с легкой улыбкой.

Я восприняла это как хороший знак.

– Эй, знаешь, что? Я чертовски голодна. Как насчет того, чтобы где-нибудь перекусить? У меня еще есть около часа, прежде чем мне нужно будет вернуться, чтобы подготовиться к шоу. Что скажешь? Как тебе идея? Я угощаю.

Лицо Джоны окаменело, а мышцы на руках напряглись.

– Мне нужно уехать сегодня вечером, в шесть, и у меня очень плотный график…

– Ты все время это повторяешь, – я толкнула его в плечо, как будто мы были старыми приятелями, – ты никогда не нарушаешь свой распорядок?

– Нет. Не нарушаю.

– Ох, – я прикусила губу, но не отступала, – один плотный, «после похмельный» обед не займет так много времени, не так ли? Полчаса, максимум сорок пять минут.

Проницательные темные глаза Джоны встретились с моими, и я почувствовала, как он изучает меня.

«Или, может быть, он смотрит так потому, что ты выглядишь как девушка с плаката «Блондинка в эфире»[11 - Имеется в виду афиша одноименного фильма 2014 года – американской комедии режиссера и сценариста Стивена Брилла.].

– Я же сказал, что ты могла съесть все, что найдешь здесь, – наконец произнес Джона.

– И это было очень мило с твоей стороны, но у тебя не так уж много… настоящей еды.

– У меня есть много диетических ограничений, – сказал он.

– Конечно. – Я закашлялась. – Но почему?

У Джоны, казалось, внутри шла внутренняя борьба, хотел ли он сказать мне то, что я уже подозревала.

– У меня больное сердце, – медленно произнес он.

– Ох… – выдохнула я, как будто до этого я не рылась в его аптечке. Мои глаза так и хотели взглянуть на шрам, который шел от ямочки между ключицами. Я не отрывала взгляда от его лица.