Вопреки его правилам

– Ясно…

Масленников снова повернулся назад и пристально рассматривал меня несколько секунд:

– Ты, конечно, никакое платье с собой не прихватила, да?

– Вы сказали, что будете на лыжах кататься с Никитой…

Он недовольно цокнул:

– Ладно. На месте прибарахлимся. Будет тебе вместо новогоднего подарка.

Телефон Владимира зазвонил, и уже до самого аэропорта он говорил с кем-то без умолку, а я безуспешно пыталась понять. Какого хрена? Подарки, ужины, сиделки… Он что, решил, что я девочка «три в одном»? И гувернантка, и помощница, и любовница?

«Лисён, напиши, как приземлитесь.

Я волнуюсь!» – высветилось на дисплее сообщение от мамы.

«Хорошо, мамуль», – я успела нажать на отправку, как автомобиль резко затормозил, а водитель и Масленников в голос выматерились. Только чудом мы не ткнулись бампером во внезапно образовавшееся перед нами ДТП. И я с удивлением заметила, что на улице разыгралась метель.

Наш рейс задержали на пару часов, которые мы с комфортом провели в бизнес-зале. Ну как с комфортом?.

. Конечно, обед был вкусным, а кресла мягкими. Но пока мы с Никитой играли в его любимые «ходилки», Масленников цедил порцию коньяка и подолгу смотрел на нас, изредка прерываясь на телефонные разговоры. От его взгляда у меня на затылке бушевали нехорошие мурашки.

Плотникова сейчас закатывала бы глаза и обзывалась, ведь «это же такой шанс, Леська!» Вся эта её зацикленность на богатых мужиках меня в последнее время дико подбешивала. Как будто наша жизнь – сплошная охота на обеспеченного самца.

Наконец по громкой связи объявили о начале посадки, и я с облегчением выдохнула, проиграла финальный кон Никите, быстро убрала в сумку раскраски, книжки и игры и вздрогнула от раздавшегося над ухом голоса Владимира:

– Сильно не торопись. Пойдём в конце. Терпеть не могу эти очереди, – в его руке я заметила бокал белого вина. – Леся, ты чего такая натянутая? Держи.

– Владимир Иванович, я же с Ники…

– От одного бокала ничего не будет.

– Спасибо, но я правда не хочу, – попыталась твёрдо посмотреть ему в глаза, но скорее всего это выглядело мольбой.

– Блин, ну мы же типа в отпуск едем, – Масленников вскинул левую бровь. Это был классический знак его недовольства.

– Это же ваш отпуск. Не мой.

– То есть ты хочешь сказать, что не воодушевлена десятью днями в горах с кучей всяких развлекух?

Владимир, несмотря на рюмку коньяка, выглядел трезвым. Но от смеси запаха алкоголя и мужского парфюма я еле удержалась, чтобы не отвернуться.