Фенрир. Том I. Нарушитель границ

Она протянула ему руку и мягко улыбнулась:

– Можно без отчества. Мне так проще.

– Э… Хорошо, – Андрей ответил хрипло и не сразу сообразил, что она ждала рукопожатия.

Слева он отчётливо услышал тяжелый вздох Морока и мгновенно собрал себя в кучу:

– Я буду сопровождать вас на саммите, а в течение этой недели – присутствовать на дневной или ночной двенадцатичасовой смене.

– Понятно.

– Сегодня Андрей пробудет здесь до восьми вечера и уедет с дневной охраной. Завтра заступит на дежурство в ночь. Дальнейшее расписание я перешлю, – проговорил Денис.

– Может быть, чаю?

Фенрир заметил, что девушка с большим доверием и дружелюбием относилась к Мороку. Тот в ответ поморщился:

– Давай в следующий раз. У меня сейчас забот полон рот. Как всё закончится, заеду к вам с отцом на ужин.

– Он же вроде собирался потом сразу улететь на встречу в Эмираты?

– Даты пока не подтвердились. Ладно, решим. Мне пора.

Андрей на прощанье пожал руку Денису и про себя подумал: «Нормально… На ужин к президенту, как за солью к соседу.

От размышлений его оторвал голос Леи:

– Я должна показать вам дом?

– Ну… Я в принципе знаю его план и готов к обходу согласно расписанию.

Её старший телохранитель, высокий светловолосый, с тёмно-синими глазами, всё это время молчал, сканируя взглядом территорию и особенно пристально – самого Фенрира. Ощущение было не из приятных: взгляд телохранителя более чем красноречиво говорил о том, что присутствие дополнительного «мальца» ему не по нраву.

Подчинённые перфекциониста Морока создавали впечатление идеально подготовленных профессионалов, лишённых ненужной эмоциональности и малейших намёков на наличие сомнений в действиях.

* * *

По служебной привычке Андрей тщательно осматривал каждую комнату, выглядывал из окон, прикидывая расстояния до технических строений, беседок, фонтанов, клумб. Считал шаги, запоминал расположение выключателей и количество источников света.

Профессиональные обязанности быстро помогли войти в рабочий ритм и отвлечься от непрошеных мыслей о привлекательности «объекта».

«Давыдов, ты гормональный долбоёб. Это дочь президента. Возьми себя в руки! Двенадцать дней. Продержись, сука, двенадцать грёбаных дней. Потом сгоняешь в стрип-клуб, подцепишь простую смертную красотку. Никаких проблем, никаких выговоров, никаких разочарованных взглядов.