Моя женщина

Она была ненамного старше Веры, но упорно отказывалась признавать свой возраст и молодилась, как могла.

– Ты хоть представляешь, сколько калорий у тебя в тарелках?

– Зой, дай человеку поесть, – Лена методично размешивала сметану в борще.

В отличие от Зои, она четко осознавала и свой возраст, и место в пирамиде женско-мужских координат. Каштановые волосы уложены в безукоризненное удлинённое спереди каре, белый ворот водолазки скрывал следы от ожогов на тонкой мраморной шее.

Вера молчала.

– Ох, я хлеб забыла, – Марина, самая молодая из них, птичкой выскочила из-за стола.

– Ты сегодня какая–то грустная, случилось что? – Лена посмотрела на Веру.

Говорила она тихо и размеренно. Вера знала ее больше пятнадцати лет, десять из которых они проработали бок о бок.

– Плохо спала, – Вера пожала плечами.

– Я тебе завтра патчи под глаза принесу, мои на черепаховом молоке – чудо как хороши, – авторитетно заявила Зоя. – Мигом избавишься и от бессонницы, и от синяков под глазами.

В отличие от остальных, Зоя в столовой ничего не брала, предпочитая свою еду. Марина в первый раз увидев ее приготовления, назвала Зою космонавтом, так и прижилось.

На столе появился шейкер, яркий пакет с сухим порошком и кипяток. Марина, вернувшись за стол, прыснула.

– Поехали! – Лена и Вера улыбнулись.

– Вообще-то, за моей диетой – будущее, – Зоя высыпала содержимое в шейкер и принялась взбалтывать. – Пока ваши желудки будут пыхтеть, расщепляя жиры, белки и углеводы, мой организм получит полный комплекс микроэлементов на блюдечке с золотой каемочкой.

– Твой желудок схлопочет язву, – перебила ее Лена. – Зой, завязывай уже с сетевым, а? Нам это точно не интересно.

– Крем для ног у тебя уже сколько? – Зоя переложила шейкер в другую руку.

– Да, крем хороший. Но крем – это не еда, – возразила Лена.

– Так производитель один и тот же! – Зоя поставила шейкер на стол, открыла крышку и Вера почувствовала сильный запах малины с корицей.

– А мне это все напоминает легкие наркотики, – вставила Марина. Лена и Вера переглянулись, Зоя молча уставилась на нее.

Птичке только исполнилось двадцать четыре. Молодая, неопытная, она пришла в организацию сразу после университета и за неимением других мест, была представлена ко двору женского кабинета.

Вера взяла ее под свое крыло и последние три месяца медленно и терпеливо обучала премудростям бухгалтерской профессии.