Смертельный удар

Отделавшись от своего противника, которого он сбросил за борт ударом ноги, Чайка увидел, что подоспевший финикийский корабль на полном ходу зацепил длинным металлическим крюком римскую триеру и стал оттаскивать ее от борта корабля Йехавмилка. Эта «жесткая сцепка» уже давно применялась финикийцами для борьбы с абордажными мостиками римлян. Расстояние между бортами начало расти на глазах, оба корабля слегка накренились, и вот раздался новый треск, ? это отвалился и рухнул в воду, разломившись пополам длинный корвус.

Изумленные римляне, видя, как их собственный корабль уплывает, даже прекратили на мгновение биться. Чем и воспользоваться Федор, заменивший убитого командира морпехов.

? За мной, солдаты! ? заорал он и повел оставшихся в бой.

Карфагеняне буквально смели римлян со своего корабля. Большинство легионеров было зарублено и заколото, а пятерых, особенно упорных, сбросили в море.

? Сначала научись плавать, ? рявкнул Федор, отправляя в полет ударом щита последнего, впрочем, смертельно раненного им же в живот, ? а потом попытайся вновь напасть на нас, если сможешь.

Два оставшихся римских корабля, поняв, что своим уже не помочь, попытались уйти в море, но были настигнуты. Один финикийцы протаранили, пустив на дно. А второй удалось захватить после короткого боя. Совершив стремительный «проплыв», в результате которого у римлян были сломаны все весла по левому борту, карфагеняне взяли его на абордаж.

Вскоре к триере Йехавмилка, которого перевязывал под присмотром Федора один из бойцов, местный лекарь, подошла другая финикийская триера. На палубу поднялся ее капитан, ? смуглолицый низкорослый воин в богатых доспехах и шлеме с плюмажем из белых перьев.

? Меня зовут Могадор, ? представился прибывший офицер, и добавил, оглядев мертвые тела и разрушения на палубе, ? едва заметив римлян, мы сразу поспешили на помощь, но, похоже, немного опоздали.

? Вы вовремя, ? кивнул вместо приветствия Федор, ? могло быть и хуже.

Спустя час корабль Йехавмилка подошел к пристани Мессаны в сопровождении эскадры берегового охранения. Это был еще не конец путешествия, но Федор после ночного шторма и кровавой схватки был не прочь отдохнуть на берегу, ощутив под ногами твердую землю, а не вечно качавшуюся палубу.