Присяга Российской империи

Обнесенная двумя рядами колючей проволоки застава, состоящая из штабного здания, навеса для боевой техники, двух казарм и трех домов для офицерских семей за ними отличалась от окружающего серого пространства прежде всего количеством клумб, газонов, фруктовых посадок и просто пятен зеленой травы. Уложенный три года назад до самого Пянджа шланг позволял обитателям небольшого военного городка не экономить воду, щедро поливая посадки, и растительность отвечала взаимностью. Правда, всегда оставался риск того, что «духи» попытаются отравить воду, а потому для питья люди ее почти никогда не употребляли – все равно приходилось возить бочками из Джиликула.

Впрочем, как капитан ни спешил, командир первого взвода уже докладывал, вытянувшись по струнке и отдавая честь:

– Товарищ полковник, за время моего дежурства происшествий не случилось! Дежурный по заставе лейтенант Молодценко!

«Молодец, мальчишка, – мысленно похвалил подчиненного Ралусин.

– Вольно, лейтенант, – разрешил полковник, протягивая руку для пожатия. Кряжистый, высокого роста, всегда гладко выбритый Чупара официально числился в первом отделе штаба дивизии, хотя большую часть времени проводил в Москве. И то, что в последнее время этот странный человек зачастил к нему в часть, кольнуло Илью Ралусина неприятным предчувствием.

– Товарищ полковник, – перешел на строевой шаг капитан. – Начальник заставы…

– Вольно, капитан, – перебил его гость. – На заставе все в порядке?

– Потерь за минувшую неделю не было, раненых тоже. Двое рядовых лежат в медчасти с подозрением на дизентерию. Похоже, на бахчу в наряде сбегали, но не признаются.

– Хорошо, – кивнул полковник. Рукопожатие у него было короткое, но крепкое.

– Дежурный, – кивнул лейтенанту Ралусин, – пропустите машину в часть.

– Есть, – молодцевато отдал под козырек лейтенант и развернулся к солдатам наряда: – Открыть ворота!

Между тем полковник уже шел по дорожке, негромко интересуясь:

– А ничего странно в последние дни вы не замечали, капитан?

– Что значит – странное? – нагнал его начальник заставы.

– Это и значит, – пожал плечами гость.