Потрясатель вселенной

– Здоровья твоим стадам и многих детей, уважаемый, – отделился от толпы толстощекий, но бедно одетый кочевник в сером стеганом халате и овчинной шапке, в простых сыромятных сапогах. Он остановился за очагом, низко поклонился, скинул заплечный мешок и распутал узел. – Наш род сам покарал твоего обидчика, досточтимый посланник. Не держи зла на наше кочевье. Ты знаешь, мы все хотели отпустить тебя и пророчицу. Лишь один из охотников пошел против общей воли…

«Пророчица!» Всего секунду ведун колебался, вспоминая, кто и где наградил Роксалану таким прозвищем, и тут же понял, кто перед ним стоит, что за земли занимает кочевье куницы и какую вину они за собой ощущают.

Он даже догадывался, какой подарок доставил ему старейшина с гордым именем Джайло-Манап.

– Вот твой обидчик, посланник. – Мимо костра прокатилась по земле и остановилась на самом краю ковра голова с взлохмаченными волосами и выпученными глазами.

– Миргень-Шагар, – скривился в грустной усмешке ведун. – Значит, я его все-таки не убил…

– Рана была глубокой, но жилы не задеты, уважаемый.

Он выжил.

– Забавно… Неуязвимую болотную нежить обломком кости убить легко, а люди выживают.

– Только он хотел твоей смерти и твоих мук, посланник. Род был против и требовал твоего освобождения. Ты ведь помнишь об этом, правда? – с надеждой спросил кочевник.

– Помню… – согласился Олег.

Помнил он, естественно, совсем другое – но зла к несчастному Миргень-Шагару не испытывал. У охотника разорили ловушки, украли добычу – ничего странного, что тому захотелось отомстить.

Середин сквитался с ним за свои мучения точным ударом в горло и иной мести не искал. Коли выжил – такова воля богов, оценивших грехи бедолаги на своих весах справедливости. Значит, искупил вину малой платой.

Но обратно голову Миргень-Шагару все равно уже не приклеишь.

– А это кто? – кивнул Середин на повозку.

– Урга… – ответил староста. – Мы привезли ее на твой суд и суд пророчицы.

Джайло-Манап безусловно лгал.

Кочевники просто побоялись убивать шаманку, опасаясь гнева духов, и предоставили эту возможность опасным гостям. Коли Олег с Роксаланой ее зарежут – на них и грех, и месть тоже на них обрушится.

– Урга?! – вскинулась девушка. – Урга! Что ты с ней сделал?!

Она вскочила, рванула из ножен меч. Кочевник отпрянул, сунул руку под халат и выхватил кистень на короткой рукояти. Гости Чабыка тоже поднялись, обнажая клинки. Сидеть остался только ведун.