Принц Николас

Так вот, Дженни возвращалась домой из школы с Бренданом, парнем с соседней улицы, на которого она запала на несколько недель. А мой отец, рано вернувшийся с работы, сидел на крыльце. И тут он сказал: «Эй, Дженни, не хочешь, чтобы я сходил в аптеку за кремом, чтобы убить этого монстра у тебя на лбу?» А Дженни словно сошла с ума, завизжав, как банши на моего отца, сказала, что никогда не заговорит с ним снова, и он понял, что не стоило вставлять свои чертовы пять копеек. И бедный мой отец, он же просто пытался помочь.

Но, как я понял, ни одна девушка не захочет, чтобы ей в лицо тыкали ее проблемами. Дженни знала, что выглядит как членорог, ей не нужно было, чтобы это озвучивали. Но особенно она не хотела, чтобы это было сказано перед парнем, который ей нравился.

Он встречается с моим взглядом в зеркале.

– Это гордость, понимаете? Дело не в том, что мисс Хэммонд не хотела вашей помощи; скорее, она была смущена, что она ей была нужна.

* * *

На следующее утро я не поехал в «Амелию». Не потому, что не думал об Оливии, а потому, что у меня были планы посетить приют для мальчиков в Бронксе, один из многих, который финансирует фонд Принца и Принцессы Пембрук.

Это частное учреждение, куда принимают детей, которые остались сиротами, – альтернатива воспитания в приемной семье.

Я встретился с директором, энергичным мужчиной средних лет с уставшими глазами. Он устроил мне тур по комнатам общежития, спортивному залу и столовой. Они делают все возможное, чтобы привнести сюда ярких красок, но это место все еще выглядит как тюрьма для детсадовцев.

Любопытные взгляды детей, живущих здесь, следят за каждым моим движением.

Мы выходим на улицу, на игровую площадку, которая состоит из огражденной бетоном площадки и единственного баскетбольного кольца. Я говорю директору связаться с моим личным секретарем, потому что каждый ребенок заслуживает, чтобы здесь были установлены качели.

Мой отец говорил, что, когда занялся благотворительностью, помогать людям было легко, требовалось только выбрать, кому ты хочешь помочь в первую очередь, выделить ресурсы, удостовериться, что их хватит.

Несколько малолеток рисуют цветным мелом на одной стороне улицы, в то время как группа старших детей играет в баскетбол, но мое внимание привлекает один маленький мальчик в красной футболке, он выглядит лет на семь и сидит отдельно. Мне это знакомо. Когда я был подростком, у меня было больше «друзей», чем необходимо, – каждый хотел кусочек меня. Но я был одинок.