Принц Генри

Он как будто не может решить для себя, чем шокирован больше – тем, что я знаю слово «хрен», или тем, что я высказала это ему вслух, притом не в приятном контексте.

Потом его лицо суровеет, и он указывает на меня:

– Вот такую благодарность я получаю за то, что пытаюсь помочь твоей немой заднице? Ну что ж, развлекайся, выстави себя полной дурой.

Я не моргаю, пока он, наконец, не уходит, спустившись по лестнице. Уиллард медленно аплодирует, приближаясь ко мне по коридору.

– Самодовольный урод?

Пожимаю плечами.

– Ну, так само получилось.

– Впечатляет, – он кланяется и целует мою руку. – Ты была просто великолепна.

– Не так уж плохо, да? Мне даже понравилось.

– И ты даже не покраснела, ни капельки.

Отбрасываю с лица свои темные волосы, смеюсь от неловкости.

– Кажется, я начисто забываю, что должна нервничать, когда защищаю кого-то другого.

Уиллард кивает.

– Вот и хорошо. И хотя я не хочу быть тем козлом, который вынужден тебе про это напомнить, все-таки придется. Пора тебе об этом подумать.

– О чем?

– О презентации перед сотнями людей.

Я прислоняюсь спиной к стене.

– Ох, лучше б уж это были яйца, пахнущие брокколи…

5

Сара

После работы иду к своей квартире – живу я где-то в километре от работы. Это простое, но ухоженное здание с садом и зоной отдыха на крыше. Надо мной живут молодожены с младенцем – Дэвид, Джессика и маленький Барнаби, а этажом ниже – пожилая пара, Феликс и Белинда, которые вместе вот уже сорок лет.

Кладу ключи в хрустальную пиалу у двери, как всегда.

Снимаю пальто и туфли и убираю в шкаф – тоже, как всегда.

Я живу одна, у меня нет даже домашнего любимца, поэтому гостиная выглядит так же, как я ее оставила утром – аккуратная, чистая, с бежевым диваном и ярко-оранжевыми декоративными подушками, шторами в тон, фотографиями моей матери и сестры на столике и обложками моих любимых книг в рамках на стенах.

Жемчужина моей гостиной – не телевизор с плоским экраном и не камин в уголке, а книжный шкаф, расположившийся аккурат между двумя окнами.

В высоту он до самого потолка, с шестью полками. Несколько лет назад я купила его на рождественской ярмарке. Тогда он выглядел весьма потрепанным, простым и потертым – ну прямо как я, но я сразу поняла, что дерево прочное и не прогнется. Вот почему я доставила этот шкаф домой, как следует отшлифовала и отполировала и сложила в него величайшие свои драгоценности – коллекцию самых первых изданий классических романов.