Хозяйка для оборотня и прочие неприятности

В ответ на ее мысли сбоку донеслось резкое:

– Рано проснулись, госпожа .

Ох… Если бы не ехидное пренебрежение, буквально сочившееся из каждой буквы, Елизавета могла бы назвать его голос усладой для слуха. Такой бархатный и глубокий, чуть рычащий… Но вместо этого с губ сорвалось усталое:

– Обязательно хамить?

Очевидно, не ожидая такой реакции, мужик кашлянул.

– Я вежлив с вами, госпожа.

Растерянность слегка замаскировала неприязнь, но не убрала ее полностью.

Тяжко вздохнув, Елизавета все-таки перевела взгляд на мужчину.

Если бы она была юной девчонкой, то сейчас бы растеклась восторженно-сиропной лужей или завизжала от восторга – какой красавчик!

Взлохмаченный после сна Бернард сидел на шкуре, скрестив ноги. А рубашка валялась в стороне.

Елизавета тут же обласкала взглядом крутые бугры плеч, мощную шею, на которой болтался кулон в виде клыка, пробежалась по жилистым рукам и запнулась о два широких браслета, сковавших запястья.

Да, это были кандалы, она не ошиблась. Красивые, с узорчатым тиснением, но все равно оковы.

Во рту стало сухо, а под ребрами завозилось очень неприятное ощущение.

Оно было похоже на ледяной металлический шарик, настырно давивший на диафрагму.

Медведь недовольно поморщился и быстро натянул рубаху, пряча совершенный во всех смыслах торс.

Не хочет, чтобы его рассматривали. Понятно… Она тоже не любила пристального внимания.

– Госпожа желает еще поспать? – спросил с надеждой, но Елизавета покачала головой.

– Госпожа желает выпить воды, привести себя в порядок и посетить библите…ку… – запнулась, напоровшись на удивленный взгляд, в котором на этот раз плескалось подозрение.

Кажется, она перегнула палку.

– …Любовных стихов прочесть охота! Тоскую о муже.

Так себе оправдание, но вроде бы сработало.

Медведь сразу поскучнел.

– Как скажете. Позвать слуг?

Вообще-то она бы хотела действовать самостоятельно, однако против правил не попрешь.

– Зови.

Через полчаса Елизавета сидела на мягком пуфике, который притащили служанки, и вглядывалась в зеркало, отмечая все, даже самые мелкие достоинства и недостатки новой внешности. В дневном свете картинка выглядела не столь удручающей, и плюсы, как ни странно, имелись.

Во-первых, госпожа Элизабетта обладала щедрой примесью южной крови. Если брать национальность, то девушка очень смахивала на итальянку.