Молот Одина

Дай мне меч, пиво и покажи врага. Все остальное можешь оставить себе.

Макошь постояла на месте еще пару секунд, потом спустилась, величаво приблизилась к Викентию, обошла его кругом, с интересом осматривая с ног до головы, и негромко произнесла:

– Похоже, Трояново заклинание творилось не зря. Мы призвали из будущего бога войны.

Праздник воина

– Значит, парням полагаются жены? А как насчет мужей для нас? – возмутилась Валентина.

– Вы ведь не захотите принадлежать смертным? – снизошла до ответа великая Макошь.

 – Найти же равного вам и не имеющего супругу бога отнюдь не просто. Мне таковые просто неизвестны… – Она перевела взгляд на Свету и чуть смягчилась: – Увы…

– Ничего страшного, прекрасная богиня, – покачала головой девушка. – Мы не спешим. Ведь у нас впереди вечность.

– Умница… – Женщина провела по ее щеке кончиками пальцев. – Я чувствую, ты тоже принесешь мне удачу.

Макошь резко повернулась, поднялась на крыльцо. Торжественно провозгласила:

– Заклятие премудрого Трояна принесло удачу! Мы обрели сильных помощников, наследников корня Сварожьего и его силы! Пусть трепещут наши враги, грядет их смертный час! Я приглашаю вас в свои хоромы в Вологде, дети.

Следуйте за мной!

Богиня вошла в дверь.

– Пошли, брат мой. – Перун хлопнул Викентия по плечу, двинулся за сестрой. – Полагаю, вы там, в будущем, не разучились пользоваться зеркалами?

– Чего там ими пользоваться? – презрительно скривилась Валентина.

– А как ими пользоваться? – Почти тот же вопрос в устах Матвея стал вопросительным.

– Ну, перемещаться, – чуть повернувшись, ответил Перун.

– Это как?

– Через зеркало.

– Боюсь, дружище, мы привыкли к другим способам, – вмешался в их разговор Викентий.

– Ничего, я тебя проведу, – не особо удивился бог грозы.

За дверью оказалась достаточно просторная комната, пол которой застилала изрядно затоптанная кошма, ею же были обиты стены. Возвышение с коврами и звериными шкурами, видимо, служило постелью.

В одном углу теснилось несколько копий, лежали щиты, каменные и железные топорики, в другом – возвышался сундук. Обстановку завершало овальное черное зеркало возле ложа.

– Пипец, ну мы и попали, – пусть шепотом, но достаточно ясно пробормотала Валентина. – Если это дом здешнего хозяина, то остальные, выходит, и вовсе в полной жопе корячатся. Безумная нищета…

– Твое счастье, что Квасур не слышит тебя, несчастная, – заиграла желваками великая Макошь.