(Не)желанный брак. Невеста Каменного Герцога

Так зачем герцогу часть рощи, где половина дубов не достигла столетней зрелости? Да в сравнении с этим богатством ее приданое – пыль!

– У кого вы учились?

Бекки вжало в спинку сидения. Взгляд метнулся к герцогу и тут же в сторону – в глазах дракона полыхал черный огонь, а хищные черты еще больше окаменели, будто это она рискнула открыть рот.

Герцог нахмурился.

– Ваше… увлечение. У какого мастера вы брали уроки? – повторил нетерпеливо. В густом баритоне зазвенели острые нотки.

– У книг, – с трудом отлепила язык от нёба.

Сердце натужно ворочалось где-то под горлом, сминая голос  в едва слышный шелест.

– У книг? – к острым ноткам добавилась ледяная стужа.

Бекки так и передернуло.

– Да, у книг, – и, подумав, добавила, –  герцог.

Он ей не муж.

Де Грейстор едва слышно фыркнул, а может, выругался. Но в карете воцарилась тишина. На всякий случай Бекки плотнее придвинулась к окну и постаралась изобразить сосредоточенный вид. Скверно вышло!

О, Создатель, зачем герцогу интересоваться, кто и чему ее учил? Хочет заставить ее писать на заказ? Да нет, глупость… Но не любопытство же.

На плечах лежала теплая шаль, но мелкий озноб ударил вдоль позвоночника. Ей не нужен интерес мужчины! Так же, как и его внимание! Ох, почему герцог не предпочел взять на бал свою любовницу? Бекки тихонько вздохнула и осторожно покосилась на браслет.

Кажется, она знает, кому он будет принадлежать после счастливого вдовства де Грейстора. Ну и Создатель с ним.

***

Фон Арнет пялилась в окно так, словно среди плотного лесного покрова узрела лик Создателя.

Но простенький портрет служанки стоял перед глазами как живой.

Идеальное сочетание красок. Безупречные линии… Даже он, связанный Даром с драгоценными камнями и металлами, не смог бы подобрать лучше.

Неожиданное открытие цепким репьем сидело где-то под ребрами, не давая забыть, что в одной из башен притаилась талантливая и такая же безразличная ко всему мышка.

Деревья расступились, и солнце коснулось бледного личика фон Арнет. Тонкая кожа все еще казалась прозрачной, но жухлость пропала, забрав с собой истощенный вид. И негармоничные черты теперь смотрелись по-другому. Широкая переносица выделялась не так уж сильно, глаза приобрели живой блеск, а белесые брови и ресницы будто потемнели… Или ему кажется?

Попытка оторвать взгляд не увенчалась успехом.