Его Медвежество и прочие неприятности

– Как Вам рыба?

Вилка промазала мимо филе и с неприятным скрежетом проехалась по тарелке. Голос лэрда все ещё вызывал дрожь.

– Очень вкусно, благодарю.

– Неужели? – взяв вилку, де Нотберг и сам подцепил кусочек, а Валерия схватилась за кубок с ягодным отваром. Столовый прибор в огромной лапище казался таким крохотным… А ещё очень нервировал этот хитрый прищур. – Действительно – вкусно. Вот только с каких пор Вы любите рыбу?

«Однозначно сволочь. Умная и большая сволочь»

– Почему Вы решили, что я ее не любила? – Валерия слегка приподняла брови.

Если верить отражению, сейчас она сама невинность.

Густая борода и усы мешали в оценке мимики, но вроде бы лэрд слегка поджал губы.

– В прошлый раз Вас чуть не стошнило.

– Не всегда привычные блюда вызывают в нас аппетит, – пожала плечами, демонстративно отправляя в рот новую порцию.

– С мужчинами, очевидно, работает тот же принцип?

Разговор сворачивал совершенно не в ту степь. Но путей отступления не было. Вечно поддерживать образ избалованной юной лэрди? Валерия крепче ухватилась за вилку.

Не дождётесь. Она намерена выжить, и постоянное притворство или прозябание в молитвах не входит в это понятие.

– Как знать, лэрд де Нотберг. Порой, когда думаешь, что все кончено, переосмысливаешь свою жизнь и взгляды на некоторые вещи.

– Надо же… – послышался звук отодвигаемого стула, и мужчина поднялся из-за стола, – какие умные мысли посетили Вашу голову, лэрди.

Валерия упёрлась взглядом в растерзанное филе. Де Нотберг шел к ней.

Бесшумно и лениво, как хищник к обездвиженной жертве. Спина совершенно одеревенела, и только поэтому она не подпрыгнула, когда мужская ладонь упала на плечо мягкой тяжестью.

– И могу сказать, я не раз наблюдал возвращение из могилы… – пальцы слегка сжались, лишая возможности дышать, – … но никогда не замечал, чтобы свою жизнь и взгляды, как Вы выразились, пересматривали настолько… тщательно.

– Вы видели многое, но не все, – зашипела сквозь зубы. Стальной капкан на плече давил, угрожая пронзительной болью.

Хотелось отшатнуться прочь, а лучше бы впиться зубами в шрам поверх большого пальца, но Валерия даже не дернулась.

– Не все, – согласился лэрд, – но знайте, что я внимательно понаблюдаю за этим необычным явлением.

Как ей удалось наскрести сил, чтобы задрать голову – Валерия не знала. А уж чего стоило заглянуть в потемневшие глаза… До боли стиснув вилку, она заставила себя смотреть твердо.

– Как угодно, лэрд, – швырнула в бородатую физиономию.