Книжный магазинчик прошлого

Правда, если бы он хотел, он бы легко нашел меня, в современный-то век интернета и «Фейсбука». Если он думал обо мне, почему не подавал знаков раньше? Почему дождался момента, когда я больше не смогу ответить?

– Это все? – спросила мама Элайджу с нетерпеливостью ученика, задерживающегося после урока.

– Ну, есть еще несколько мелочей касательно магазина, которые надо бы обсудить. Если вы спешите, мы с Мирандой можем встретиться в следующий раз.

– Да, это было бы прекрасно.

Мама жестом указала мне на дверь.

– Я позвоню вам, – сообщил мне Элайджа.

Поднявшись со стула, я случайно перевернула обложку «Джейн Эйр». На первой странице виднелась короткая надпись. Почти выцветшим, витиеватым почерком значилось имя: Эвелин Вестон. Я точно помнила его, написанное большими буквами на плите рядом с надгробием Билли.

Выходит, он не был похоронен в одиночестве.

Но кто такая Эвелин Вестон?

* * *

Мама ехала по крайней левой полосе по дороге на запад вдоль I-10, со скоростью ниже разрешенного максимума.

– Может, я сяду за руль? – спросила я, зная, что она откажется.

– Я в порядке. – Она резко нажала на педаль газа, и машину грубым движением бросило вперед.

– Поверить не могу, что Билли оставил мне свой магазин.

– Это непростительно, – возмутилась она, съезжая с эстакады. – Возложить на тебя такую ношу.

– Это не ноша. Мне нравились «Книги Просперо».

– Любить что-то и быть ответственным за это – абсолютно разные вещи.

Она так сильно сжала руль, что костяшки пальцев побелели.

– Как ты думаешь, почему он оставил мне «Джейн Эйр»?

– Понятия не имею.

Этот подарок, казалось, выводил ее из себя вне зависимости от того, понимала она его посыл или нет.

– Эта книга что-то значила для Билли?

– Я же сказала, понятия не имею! – Мама включила какой-то «Топ-40» по радио, хотя не любила такую музыку. Мы слушали песни со слащавыми голосами и прилипчивыми мотивами, пока не выехали на дорогу к нашему кварталу, выполненному в испанском колониальном стиле.

Я покручивала между пальцами старинный ключ, найденный в томике «Джейн Эйр». Он настолько окислился, что был почти черным. Наверняка им открывался какой-нибудь старый сейф или шкатулка с драгоценностями, спрятанная в другой половине моего наследства, «Книгах Просперо».