Книжный магазинчик прошлого

Так, кажется, говорил Билли. – Латиноамериканка улыбнулась и поднесла свой стаканчик к моему. – Ты из нашего округа?

– Какого округа?

– Силвер-Лейк. Не видела тебя там.

– Нет, я – племянница.

Последнее слово прозвучало так, будто пришло из другого языка. Племянница. Какое странное и непонятное сочетание букв. И все же я была именно племянницей Билли. Он отправил мне знак перед своей смертью. Он думал обо мне. Мы что-то значили друг для друга.

– Откуда ты знала моего дядю? – поинтересовалась я. Меня почему-то успокаивал тот факт, что я являлась частью его семьи, а остальные гости – нет.

– Работаю в «Просперо».

– «Книги Просперо», – пробормотала я с грустью.

Мне не удалось припомнить, когда в последний раз я произносила это название вслух, но оно все еще приводило меня в дикий восторг, как когда я была ребенком. Волшебные чары «Просперо», магия его книг.

После виски атмосфера поменялась, и все начали оживленно болтать. По участку разносился смех. Мужчина в полосатом костюме объявил:

– Желающих продолжить вечер воспоминаний приглашаю в «Книги Просперо».

– Рада была с тобой познакомиться, – сказала незнакомка, и я почему-то ожидала, что еще она добавит: «Встретимся в магазине», но она только кивнула и направилась к парню с дикой прической, который совсем недавно читал стихотворение Дилана Томаса. Она что-то прошептала ему, и они оба посмотрели на меня с загадочным, непонятным выражением лица. Или же, возможно, оно было довольно понятным. Возможно, я просто не хотела понимать горький посыл этого взгляда.

Потягивая виски, хотя в стаканчике уже почти ничего не осталось, я наблюдала за людьми, плывущими к длинной цепочке машин на обочине дороги.

– Вы, случайно, не Миранда? – Мужчина в полосатом костюме подошел ко мне и протянул руку. Выглядел он старше, чем казался издалека, а его рыжеватые волосы были высветлены перекисью. – Я надеялся увидеть вас здесь. Меня зовут Элайджа Гринберг, юрист Билли.

Я хотела спросить, откуда он знал, что я приду.

– Соболезную вашей утрате. – Элайджа повел меня к машинам, стоящим на обочине. – Вы не придете на празднование?

– Празднование?

– В честь Билли. Знаю, звучит странно, но он сам выбрал такое название. «Не хочу всех этих грустных поминок, – пробубнил мужчина низким голосом, пародируя Билли. – Не таким должно быть ваше последнее воспоминание обо мне».