Медный страж

Ведь сын от этого брака становился в будущем наследником обоих столов, княжества сливались в одно – а потому любые войны между княжествами утрачивали всякий смысл. Посему простые смертные уверовали в вечный мир на все времена, начали выкапывать заныканные на черный день кубышки, развязывать кошели и строиться, открывать новые дела, распахивать земли, что раньше считались рискованными; забрасывали схроны и покупали добро, которое трудно утащить или спрятать в тревожный час. Чего бояться? Вечный мир впереди! К этому островку счастья и мчался ныне ведун, надеясь отдохнуть немного после похода, пристроить Урсулу при богатом доме, да и самому улучшить финансовые дела, раз уж появилась такая возможность.

– Не продавай меня, господин… – Олег вздрогнул: девочка словно прочитала его мысли. Хотя, конечно, разговоры его с холопом она слышала и, куда они скачут, догадывалась, – Не продавай, я буду ласковой и верной.

– Тебе чего, малышка, вяленое мясо с сухарями не надоело?

– Лучше вяленое мясо, чем кулаки и холод, господин.

С тобой не страшно. Я не боюсь тебя, господин. Я хочу и дальше жить без страха.

– Ты и будешь жить без страха. В дом терпимости не отдам, не волнуйся. Хорошего хозяина выберу. С палатами каменными, одеждами шелковыми, и чтобы дом был полная чаша. Станешь как сыр в масле кататься. Спать на перинах, сидеть на соболях и орехи торкские, как отраву, вспоминать. Ты ведь, небось, с непривычки уже давно попочку свою о седло отбила?

– В шелках я уже жила, господин. В шелках и страхе.

Танец неверно исполнишь – вниз головой на весь вечер вешали. Плохо мужчину приласкаешь – ноги на ночь в колодки забивали с подогнутыми пальцами.

– Мужчин ласкала? – не поверил своим ушам Олег.

– Конечно, господин. Меня много учили, как лучше всего доставить будущим хозяевам удовольствие. Не позволяли только девичество потерять. Я умею быть очень ласковой, господин. Ты не пожалеешь, коли оставишь меня при себе.

– Чур меня, – тряхнул головой ведун. – Ты только не хвастайся этим никому.

А коли ласковой быть умеешь, так тебя любой хозяин на руках носить станет и баловать, как захочешь.

– Хозяева свое требуют, а не просят, господин. Лишь ты ничего не желаешь. Заботишься и не наказываешь.

– Ну что поделать, – пожал плечами Середин. – Диковат я для этого мира. Но ты напрасно думаешь, что я единственный хороший мужчина в этом мире. Тебе просто не везло. Будут и другие.

– Зачем мне другие, коли боги послали тебя? – удивилась Урсула.