Любовь, опрокинувшая троны

Скакун, вестимо, легко удержался бы даже во главе несущейся через луга и канавы кавалькады… Да только наездница при сем наверняка бы потерялась при первом же прыжке через заросли вербы или весело журчащий ручеек. Столь сильный конь шел под седлом Ксении впервые в ее жизни.

Посему Федор Никитич резво мчался с кречетом на руке, время от времени выпуская птицу в ее хищный полет, а женщина скакала от общей свиты в некотором отдалении, выбирая ровный путь и предпочитая огибать, а не перепрыгивать серьезные препятствия.

К середине дня ее витязь наконец-то заметил исчезновение своей спутницы. Разглядев одинокую всадницу вдалеке посреди ромашкового поля, боярин передал кречета сокольничему, поворотил жеребца, помчался по прямой, пробив грудью скакуна густой зеленый ивняк и перемахнув широкий овраг, и осадил коня перед боярской дочерью:

– Тебе наскучило наше баловство, прекрасная Ксения? – спросил тяжело дышащий, разгоряченный Федор Никитич.

– Нет, мой ясный сокол, я наслаждаюсь нашим приключением, – улыбнулась женщина.

– Тогда почему ты здесь, а не с нами?

– Мне нравится видеть, как ты управляешься с кречетом, боярин. Если я стану скакать вместе с вами, то не увижу толком ни тебя, ни птицу. Придется только под копыта смотреть да на дорогу.

– Может статься, ты и права, – не стал спорить веселый мужчина. – В свите порою и ноги переломать недолго. Но мне все равно неловко, что ты пребываешь в одиночестве. Может быть, тебе чего-нибудь хочется? Питья, угощения, служанок? Скажи только слово, и я исполню все!

Ксения прикусила губу, размышляя, потом улыбнулась и выдохнула:

– Принеси мне перо ворона!

– Перо ворона? – переспросил опешивший боярин.

Он явно решил, что ослышался.

– Перо ворона, – подтвердила Ксения.

– Да где же я его возьму?

– Ты же охотник? Добудь!

– Да на что же оно тебе?

– Хочу! – кратко объяснила женщина. Чуть поколебалась и для большей убедительности произнесла: – Принеси мне перо ворона, Федор Никитич! И клянусь, я исполню любое твое желание! Любое, каковое токмо будет в моих силах!

Боярский сын натянул поводья с такой силой, что его жеребец поднялся на задние ноги и затоптался, стоя на дыбах.

Потом резко опустился на копыта, пару раз крутанулся. И все это время мужчина не отрывал от Ксении пристального взгляда. Потом поворотил коня и помчался к заждавшейся свите, где и начал отдавать сокольничим и лесникам неслышные издалека приказы, рассылать холопов из свиты в разные стороны.