Люди меча

– Я как тебя провожу, Константин Алексеевич, самолично сяду на баженовскую ладью, спущусь с ней по Луге и попрошу Илью Анисимовича пройти с ней до Гапсоля. Товар у него для такого плаванья всегда найдется, и мне он отказывать не станет. Так что, как в Каушту приедешь, прости весь свой товар загрузить на ближайшую ладью. И он приплывет туда, куда нужно.

– Ну, коли так, хорошо, – облегченно кивнул Росин. – Тогда все получится.

Он взялся за кубок, допил вино, заглянул внутрь.

– Постой! – спохватился опричник.

 – Я сейчас…

Он поднялся, быстрым шагом вышел за дверь, после чего вернулся с пузатой бутылкой чуть зеленоватого стекла, похожей на лабораторную колбу. Разлил немного плещущейся внутри жидкости по бокалам, кивнул гостю:

– Отведай, Константин Алексеевич…

Росин поднял кубок, принюхался. Пахло холодком и чем-то неуловимо знакомым. Опричник, решительно опрокинув кубок, вылил себе в горло содержимое. Гость, после короткого колебания последовал его примеру. Поначалу показалось, что он просто выпил холодной колодезной воды.

А потом пищевод вдруг сообщил, что по нему стекает нечто жутко горячее.

«Водка! – сообразил он и лихорадочно принялся собирать с блюд и запихивать себе в рот закуску. – А то и вовсе спирт».

– То твои сотоварища в Кауште изготовили. И меня угостили.

– Что же ты… – Росин закашлялся. – Что же ты, Семен Прокофьевич… Монополия же государева на водку…

– То на торговлю запрет царский имеется, – поправил его опричник. – А для личного баловства делать запрещения нет.

Твои бояре торговать этим и не стали. Сами иногда употребляют, да меня угостили. Ну что, боярин, еще по одной и в баньку пойдем?

– Давай, – решительно махнул Росин. – Сто лет водки не пил.

Глава 2

Каушта

Банька у опричника на этот раз оказалась неудачной. Протоплена слабо, вода не то чтобы холодная, но и не горячая, пара нет. Девок, спинку потереть – ни одной. Только и удовольствия, что окатиться от насевшей за долгий путь пыли, на выпить с хозяином еще по чуть-чуть «беленькой».

А потом еще чуть-чуть, и еще… И кончилось все это тем, что проснулся он лежа голым поперек кровати, оказавшиеся в тени ноги и голову приятно холодило, а попавший под утренние лучи живот словно полыхнуло огнем. А голова…

Осторожно удерживая ее на плечах и избегая резких движений, Росин поднялся, оделся, спустился на первый этаж и вышел на плечо:

– Семен, – окликнул он своего холопа, достающего воду из колодца. – Седлайте, сейчас дальше двинемся.