Легион: Прыжок льва. Испанский поход. Смертельный удар

Проследив за его рукой, грек нахмурился.

– Ты разбираешься в оружии? – спросил он, вновь подозрительно поглядывая на стоявшего перед ним простолюдина, – этот меч достоин легионера. И если ты хочешь приобрести его для своего хозяина, то он будет стоить вдвое дороже. Боюсь, у вас не хватит ассов и на эти мечи.

– И все же, – мягко, но настойчиво попросил Федор, – хозяин сказал, что не хочет экономить на своей безопасности. Мы возьмем два таких меча. И еще пару коротких кинжалов.

– Ну тогда, – просиял хозяин, отходя от прилавка и в уме подсчитывая барыши, буквально свалившиеся на него с неба, чего он никак не ожидал, – пусть будет так.

– Обязательно передам, – отвечал Федор, высыпая на прилавок деньги, и пока хозяин жадно сгребал их, отдал кинжалы в ножнах Терису, который засунул их в мешок, – нам пора.

Едва они отошли от прилавка, как к нему придвинулся другой житель Тарента, заявив:

– Эй, хозяин, я хочу купить крепкий топор.

Вновь оказавшись в полутемном тамбуре, Федор скинул плащ и быстро надел один меч через плечо, а другой велел надеть Терису. Спрятав под плащом оружие, они оглядели друг друга. Меч у каждого был короткий, но широкий, плотно прилегал к бедру. А если его придерживать рукой, почти не заметен. И все же Федор рисковал, разгуливая в таком виде с оружием.

– Клинки для Териса? – догадался адъютант, ощупав потяжелевший мешок.

– Да, – кивнул Федор, запахивая глубже плащ на груди и поднимаясь по ступенькам наверх, – не топор же было покупать.

Глава четырнадцатая

Пущенная стрела

Потолкавшись еще на рынке, они купили с собой немного еды, чтобы было чем перекусить вечером. А пока Федор предложил пообедать в харчевне. Неподалеку от рынка они нашли заведение для бедных. Здесь висел кислый запах разносолов и теплый только что выпеченного хлеба. А также пахло копченым мясом и свежей рыбой – Тарент ведь был морским городом.

Харчевня занимала часть дома, где под одной крышей было устроено питейное заведение и баня. Впрочем, как и во многих других местах. Дом стоял на небольшом возвышении, с которого открывался вид на площадь и перекресток больших центральных улиц. Одна вела в порт, а другая – в верхний город. Устраиваясь поудобнее, Федор дважды увидел, как по ним проезжали римские конные патрули.