P.S. и P.P.S. Сатира, юмор и прочее в прозе и стихах

 – Категорически не подсказывать! Чему тебя, Васильцова, только учили в твоём институте?

– Немецкому в первую очередь! – ответила переводчица, едва сдерживая слёзы.

– Отставить немецкий! Читай дальше.

– Поработать на Севере… В Галлии и Британии.

– Стоп! В Галлии? Британии? Что за страны такие? Они что, за полярным кругом?

– Галлия – это теперешняя Франция, – пояснила Нина. – А Британия – это теперешние Англия и Шотландия.

– Так почему же они на Севере? – не унимался дотошный особист.

– А потому что Италия на Юге, – не выдержал мой двоюродный дядя Финкелькштейн.

– Молча-а-ать! Отвечать, шпион, в СМЕРШЕ будешь, когда тебя спросят… Этот самый Цезарь, что, где-то на Юге что ли имел прописку?

– Да, в теперешней Италии.

– Ага. Тогда Франция с Англией для него действительно на Севере находились. Особенно Англия. Давай дальше.

– Цезарь… Цезарь…

– Охотно согласился, – тихо шепнул переводчице дядя.

– Охотно согласился. Почему бы и нет? – сказал он.

– Та-ак! – протянул Папаев, размышляя, не содержит ли прочитанная история антисоветчины. – Та-ак! Прописка, значит, не пропадёт…

И тут началась стрельба.

Дело в том, что отступающая немецкая часть также прекрасно знала о продуктовом и винном погребах в замке барона фон N., а, во-вторых, командир немецкой роты получил боевое задание – захватить языка.

Немцы ориентировались в средневековом замке так же плохо, как и расположившиеся там русские, а потому заблудились и в конце концов оказались обнаруженными. Разгорелся бой, в ходе которого ефрейтор Финкельштейн проявил чудеса героизма и, в частности, спас от немецкого пленения младшего лейтенанта Нину Васильцову. Доблестные солдаты Красной армии стояли насмерть на защите баронских погребов, так что немцам пришлось убраться восвояси без рейнвейна, шнапса, копчённых колбас и копчённых языков.

За проявленный в бою героизм ефрейтора Финкельштейна наградили дважды. Первой наградой был – орден Славы II степени, вторая же награда нашла героя уже после войны – в Москве. Ею стала Нина Васильцова, вскоре вышедшая замуж за моего дяденьку. Латинский текст также приехал в Москву.