Легион: Рим должен пасть. Карфаген атакует. Ганнибал Великий

Федор тем временем доел тушенку, взял со скамейки бинокль и стал разглядывать морские просторы в надежде увидеть какой-нибудь корабль. Все ж таки Черное море – это не Антарктика, перекресток торговых путей. Корабли должны ходить часто. Может, кто заметит терпящее бедствие яхту, возьмет на борт? Или хотя бы на буксир? Здешнее море маленькое, куда ни плыви – скоро в берег уткнешься. Но болтаться даже несколько дней без воды – удовольствие небольшое.

Слева и справа он ничего не обнаружил, впрочем, как и прямо по курсу.

– Леха! – крикнул сержант, оторвал бинокль от глаз и мельком скользнул взглядом по промокшему ремкомплекту. – Ты глянь! Какие-то яхтсмены. Надо сигнал подать. Ракетницы у нас тут нет?

– Да откуда…

Леха бросил свое занятие, вскинул ладонь к глазам, прикрываясь от солнца, громко хмыкнул, выхватил у друга бинокль.

– Везуха! – подтвердил он, приглядевшись. – Я же говорил, сержант, не пропадем. Только откуда здесь столько парусников, регата, что ли?

– Да какая на хрен разница? – Федор забрал бинокль обратно. – Регата – это тоже хорошо. Не дадут же они пропасть братьям-яхтсменам. Вяжи быстрее свои веревки, надо выйти на их курс, а то мимо пройдут и не заметят. Ишь как быстро чешут. На всех парусах!

– Ясен перец, быстро, – подтвердил Леха, довязывая последний узел и осторожно поднимая парус, – ветер-то попутный.

Едва он это сделал, как парус наполнился ветерком, и лодка ощутимо качнулась вперед. Мачта натужно скрипнула. Федор с опаской на нее посмотрел, но, к счастью, ничего не отвалилось. Леха прыгнул к рулю и постарался выправить нос лодки так, чтобы он пересекал курс приближавшихся парусников. Минут через сорок расстояние между ними сократилось примерно до мили.

– Давай-давай, – подбодрил Чайка рулевого, – еще немного и будем рядом.

Он в нетерпении вскинул бинокль – силуэты «яхт» тут же выросли в несколько раз. Но что-то с этими кораблями оказалось не так. Были они какие-то неправильные, несовременные. Даже для парусников.

Федор смотрел на них минут пять, не отрываясь, и вдруг поймал себя на мысли, что похожие суденышки видел, и не один раз. Но не в море, не в порту у причалов или в репортажах о гонках. Он видел что-то похожее в книгах.