Крестовый поход

 – Ты откуда такой? Что случилось?

– Убью!

Ватажник взмахнул мечом, и Вожникову стало не до разговоров. С трудом удерживая равновесие на обледенелых комьях и краях колеи, он отскакивал, уворачивался, пятился, спасаясь от стремительного сверкающего клинка. Угрюм был бойцом изрядным, опытным. Будь потрезвее, убил бы точно. Но ныне то промахивался, лишь царапая кончиком меча сукно зипуна, то делал выпад слишком медленно, и Егор успевал вывернуться.

– Да что на тебя нашло, окаянный?! – Князь отпрянул, втянув живот, и сталь в очередной раз лишь прошелестела по коже поясной сумки.

Вожников отскочил, перебежал к забору, покрутил головой в поисках оружия, но ничего подходящего не заметил.

– Стой, гад, убью! – Угрюм перескочил через колею, взял меч двумя руками. И ведь не поскользнулся, пьянь!

Егор дождался, пока тот в очередной раз вскинет клинок, и поднырнул ему под руку. Пробежал до свежих, еще белых, тесовых ворот какого-то новосела, занес было кулак, но в последний миг стучать передумал.

Князю несолидно смердов о помощи просить. Он сам защищать своих подданных обязан. Тем более что сверху по улице бежали с криками другие ватажники, выкрикивая его имя.

Увернувшись от очередного выпада, Егор метнулся к сложенной у забора поленнице, схватил первую попавшуюся палку, развернулся, вскинув над головой. Меч глубоко засел в древесине, и Вожников, отпустив полешко, смог наконец сделать шаг вперед и впечатать в подбородок верного товарища прямой нокаутирующий удар.

– Ты как, княже?! – на всем бегу врезался в поленницу запыхавшийся Никита Кривонос.

– Да чего со мной сделается? – повел плечами Вожников. – Ты мне лучше скажи, какие бесы в Угрюма вселились?

– Дык, княже, мы тут выпили малехо, – почесал в затылке Кривонос, судя по запаху, давно пропитавшийся вином насквозь. – И тут бахнуло что-то. Ну, это… Угрюму втемяшилось, что это сарацины на город напали. Дескать, на берег высаживаются. От он обороняться и кинулся. Это, дык… И не догнать…

К месту схватки подошли еще несколько ватажников.

Двое – с кувшинами. Разумеется, не пустыми. Все, кроме Никиты Кривоноса, заметно покачивались, словно рябинки на ветру. Впрочем, сам Кривонос держался за поленницу.

– Ладно, Никита, забирайте его и в подклеть на княжий двор отнесите, пока он еще на кого-нибудь не кинулся. Завтра разберемся.

– А я ему сказывал: замерзло уже озеро! Откуда в нем сарацины? – вдумчиво сообщил Иван Карбасов.