Креститель

Когда же по срочной надобности из города в город домчаться нужно, небольшой груз довезти, рать направить – тут уже приходится посуху пробиваться. Да еще пахари окрестные всякий товар в города на базар возят. Вот и натоптали-наездили.

Кони шли широкой рысью, мягко стуча подковами в дорожную пыль, солнце припекало затылок и быстро разогревало черную кожу косухи. Когда тракт, вильнув с поля в молодой осинник и миновав торфянистый ручей с переброшенным через него простеньким мостом из десятка бревен, снова выбрался на залитые светом луга, Олег решительно скинул куртку:

– Сейчас бы в холодном омутке искупаться…

– А русалок не боишься, ведун? – оглянулся на него боярин.

 – Они, сказывают, как раз в таких местах и обитают.

– Чего их бояться? – не понял Олег. – Они к людям за лаской да теплом тянутся, чужого живота не ищут. Вот навки – это да. Те песнями да сиськами подманивают, да потом на дно тянут. Болотницы тоже в яму заманить норовят.

– Тю, бодай вас злыдни темями, – сплюнул наземь Радул и торопливо потянул из-за пазухи свой амулет.

 – Яровит, Ригевит, услышь меня. Зная и Дидилия, не отведите от меня взора ласкового. И как вы, колдуны, со всей этой нежитью якшаетесь!

– А че? – невозмутимо ответил Середин, не столько для справедливости, сколько желая немного подразнить своего спутника. – Русалки, хоть и холодные, но нежные. Некоторые, сказывают, даже замуж за живых мужиков выходят, да живут с ними до гроба. И ничего. Только с дитятями у них вечная проблема. Да оно и к лучшему.

Анчуток и так среди вязей хватает.

– Молчи, ведун, – замахал руками воин. – Ничего не говори. Всё едино я к воде ни шагу не ступлю. Чур меня, чур с вашими тварями.

– Ага, – кивнул Середин. – Как всё вокруг спокойно – так они мои, а как изводить нужно – почему-то сразу общие?

В этот момент они подъехали к широкому ответвлению от дороги, и Олег натянул поводья:

– А это что за поворот, боярин? К городу какому?

– Откуда здесь города, ведун? – покачал головой богатырь.

 – До самого Полоцка ни одного не помню. Ну, у Себежа тын стоит высокий, выселки кузнечные там же неподалеку, землю железную копают. И всё.

– Так давай повернем… – привстал на стременах Середин, и ему померещилось, что среди зеленых крон под холмом что-то блеснуло. – Давай. Всё едино дневать скоро. А водопоя удобного, может, до самого вечера не встретится. Сам знаешь, как бывает. И потом, не зря же здесь такую колею накатали? Значит, есть смысл повернуть.