Карфаген атакует

Не было у него верного ответа для Фарзоя, а потому он прожевал очередной кусок мяса и сказал то же, что когда-то скифскому вождю:

– Я прибыл с севера.

– Из какой страны? – не отставал Фарзой.

Но Леха нутром чуял, что старик так просто от него не отвяжется, и решил больше не темнить, ответить честно. А там пусть этот мудрец, как хочет, так и думает.

Леха вынул из ножен акинак и начертил на разогретой костром земле карту. Черное море. Крым. Как смог. А потом изобразил море Балтийское, Кольский полуостров и северное побережье.

Закончив, ткнул острием короткого меча туда, где должен был находиться Питер.

– Я отсюда. Из России. Русский я, короче, по паспорту.

Фарзой некоторое время смотрел на Лехины чертежи, но особого удивления не проявлял, словно только вчера вернулся из этих мест. Хотя русских, таких, как Леха, там не встречал.

– Откуда ты знаешь эти земли? – все же спросил Фарзой, указав на северные моря и то, что лежало между ними, – ни один скиф там не бывал.

– Плавал, – соврал Леха.

– Ты мореход? – уточнил Фарзой.

– Можно сказать и так, – туманно ответил Леха. – Корабли водить не умею, но плавал много, как боец. Правда, больше в здешних водах и в Средиземку заходил.

– Где корабль, на котором ты прибыл к нашим берегам? – не унимался советник.

– Карфагенские вояки утопили, – честно ответил Леха, бросив взгляд на Иллура, и воскресил в памяти картинку, как дефилировал перед тараном военного корабля, осыпая его команду матерными выражениями до тех пор, пока на его лодчонке не сломалась мачта.

– Он был большой? – продолжал допрос Фарзой, домучив, наконец, свой кубок с вином.

– Средний, – соврал Леха, решивший погрешить против истины для поднятия авторитета, брякнуть, что приплыл на триере, но в последний момент передумал. – Метательную машину на него не поставишь.

Фарзой прекратил свой допрос и надолго замолчал. А Леха с облегчением вздохнул, взявшись за новый кусок мяса, заботливо подложенный слугой на его блюдо. То же самое он сделал для остальных, заново наполнив чаши.

Кругом уже стоял кромешный мрак, разгоняемый лишь светом горевшего костра, потрескивавшего сучьями. Изредка ржали вдалеке кони. Леха, слегка захмелев, откинулся на локоть и стал смотреть на звезды в небе, большие, яркие и очень близкие.

Пауза затягивалась, даже весельчак Иллур ел молча, словно чего-то ждал. Наконец, Фарзой поднял глаза и коротко кивнул скифскому вождю, который, казалось, обрадовался решению советника.