Стокгольмский синдром

– Я так и не в курсе, сколько комнат в доме! – заключил он задумчиво.

– Я думала, вы всё обо всём знаете…

– Да, но тут дело в другом: несколько раз пытался сосчитать, а потом мне становилось скучно, и я бросал это неблагодарное дело!

– А в доме, где мы живем с мамой, всего пять комнат: три спальни, гостиная и кухня, все предельно просто! – я улыбнулась, стараясь хоть как-то разрядить обстановку.

Но вот, наконец, мы проникли сквозь дубовую дверь, и я остановилась, словно зачарованная.

– Главной изюминкой дома является гостиная. Ее автором стал племянник королевы Великобритании, культовый британский дизайнер Дэвид Линли, – выдал мне ровным монотонным голосом, словно мы находились в музее, а он был экскурсоводом.

– Как здесь красиво… Невероятно! – ответила, нетерпеливо мотая головой по сторонам.

Комнаты дома действительно производили впечатление. На просторной кухне так и хотелось достать из винного шкафа бутылочку вина, встать за столешницу из полированного гранита и начать что-нибудь готовить.

– А теперь пойдемте в мой кабинет! – услышала резкий голос за спиной, и вздрогнула.

– Может быть, уже поедем? – нерешительно спросила, на что Этвуд как-то странно усмехнулся, а затем властно взял меня под руку и буквально потащил за собой.

– Я пригласил вас в свой кабинет… Пойдемте же! – ох, сердце врезалось в грудную клетку, и я почувствовала, как страх липкими щупальцами расползается по всему телу…

Хозяин дома распахнул перед нами очередную дверь, указывая мне на вычурное кожаное кресло, оформленное в сине-зеленых тонах, а сам уселся напротив меня.

– Как вам дом, Александра?! – спросил тихим ровным голос, неотрывно глядя в мои глаза.

– Очень красиво… очень… – в этот момент я чуть не закричала от неожиданности – ему на плечо сел ворон. Крупненький лощёный ворон с блестящими перьями.

– Мой любимый питомец! – проговорил Себастьян без тени улыбки на лице, а затем добавил. – Ну, хорошо. А теперь позвольте, я покажу вам вашу спальню! – наши взгляды столкнулись и замерли в одной точке. Кажется, у меня перехватило дыхание.

– Что, простите?! – мои брови медленно поползли на лоб, в то время как спина стала покрываться мелкими бисеринами пота.

– А что тебя удивляет? Вчера в моем кабинете ты подписала бумаги.