Тиран 2. Коронация

В целом это замечание было правдиво. Но доля лжи присутствовала в том, что мы никогда не доходили до постели, потому что этот кабинет уже давно заменил мне спальню, а рабочий стол из массива дуба – кровать. И даже коронованных особ всё устраивало.

За эти годы я уяснил – самые громкие стоны слетают с губ самых отчаянных недотрог. Чем больше сопротивления, тем меньше запретов во время близости. Все эти приемчики и невинные взгляды ровным счетом ничего не стоят. Хорошо спланированная игра и продуманная акция. Для доверчивых дурачков.

С некоторых пор я совершенно перестал доверять женщинам. А после того, как пересел на спортивный «Mercedes» и обзавелся элитными апартаментами на верхнем этаже небоскреба, моя вера в слабый пол окончательно улетучилась.

Писклявый сигнал коммутатора прервал мои размышления о жизни. Взял трубку, услышав низкий голос с придыханием.

– Мистер Холд, звонит ваш дядя, соединить? – Аманда, моя секретарша, похоже, была создана исключительно для секса. Всё, начиная от её голоса, заканчивая внешним обликом, словно кричало: «Возьми меня!».

– Да. – коротко ответив, подавил вздох.

Дядя Джим. За эти годы мы виделись всего раза три. Последняя встреча состоялась как раз на открытии этого клуба. Я пригласил всю их семью. Дядю с тетей и Николаса с Ванессой. Но приехал только дядя, а Ник так и не простил меня за тот поспешный отъезд из Лондейла, а потом, когда я не приехал на их свадьбу, это окончательно испортило наши братские отношения.

– Алло… добрый день! – я смиренно выслушал его поздравительную речь от начала и до конца, а потом он опять вернулся к моей нелюбимой теме.

– Дядя, мы же уже сто раз всё это обсуждали. Я всего лишь перечислил вам деньги, за все те годы, которые вы сами её содержали… Да, черт возьми!!! Это же моя мать и я в состоянии оплатить ей лучших врачей города! Не спорьте со мной, это моя прямая обязанность.

Откинулся на спинку ортопедического кожаного кресла и поднял голову вверх, уставившись на зеркальный потолок. Чёрт, я ненавидел его звонки. Они вновь и вновь мысленно возвращали меня в этот убогий провинциальный город, а ведь я так надеялся когда-нибудь навсегда стереть воспоминания о своей жизни в Лондейле.