Мой лучший препод

– Милый, ты с кем? – слышится приглушенное со стороны Вадима.

– Короче, до встречи. Вечером поболтаем. Вижу, что ты немного занят, – говорю я. – Мне все равно еще надо в универ заехать. Ректор попросил, чтобы отец провел у них семинарские занятия по бизнес-аналитике, а ему влом, и он свалил все на меня.

– На студенточек потянуло? – ржет друг.

– Пф, – фыркаю и кладу трубку.

Легкий секс – это прекрасно, но как-то приелось. И окажись я «преподом» на полставки еще лет пять назад, уже бы продумывал критерии, по которым буду выставлять глубокое «отлично» и зубастую «четверку».

А сейчас?.. Сейчас вряд ли меня так легко поманить большими сиськами и накаченными задницами, хочется чего-то более натурального.

Встреча с ректором прошла занимательно. Он кратко обрисовал, что он от меня хочет, я объяснил, сколько это стоит. После пары стаканов виски и воспоминаний из категории «да я тебя с самого детства знаю», цену я снизил. Ровно до той планки, о которой я думал изначально.

Решил не заезжать домой, чтобы переодеться, направился в «Дракона» и понял, что действительно стар.

Можно даже сказать, супер стар. Общий контингент тут явно помоложе, минимум лет на пять. Собственно, потому я сразу же и направился к барной стойке, подальше от танцующих тел.

Можно, конечно, пойти за виповский столик, но тогда действительно велика вероятность пересечься с сестрой Вадима. Хотелось бы избежать неловких «привет». Хотя, признаюсь, посмотреть на повзрослевшую девчонку интересно, я и сам не понял, как начал взглядом бродить по залу в поисках густой копны шоколадных волос.

Такие нечасто встретишь.

Даже вспомнилось, как напоследок – в день, когда я должен был уезжать – сказал:

– Никогда не обрезай свои волосы, по ним я всегда тебя узнаю.

Ох, как бесился Вадим, когда услышал эту действительно невинную фразу. Чуть даже не вмазал напоследок, со словами:

– Хватит эти свои штучки на моей сестре пробовать. Ей всего восемь!

– Ей всего восемь, а потому я ничего и не думал пробовать, идиот, – огрызнулся я.

 – Ты мне как брат. А значит, она – как сестра.

И когда понял, что Вадим остыл, не удержался от ехидного:

– Я не виноват, что меня, как брата, она ценит и любит больше!

– Придурок! – хмыкнул лучший друг. Он всегда был очень отходчивым, а в день моего отъезда действительно переживал. – Не знаешь, когда батя сменит гнев на милость?

– По его словам, в этот раз я действительно перешел все границы дозволенного, – закатил глаза.