Крымский Ковчег

Марк обернулся к Марии – той уже не было. И он снова не слышал Зверя. Просто много песка и неба. Если бы не одышка, он мог бы подумать, что все это время просто простоял на этом бархане…

Трясясь в автобусе, Марк пытался убедить себя, что никого не встречал – просто слишком много солнца и раскаленного песка для жителя северного города – перебор.

Марк побывал у пирамид и умудрился слетать в Ангкор. Был в Тибете и на Памире, на Валдае и у железной колонны в Дели… Много где был. Научился легко находить общий язык с такими же бродягами, как он, – рюкзак, сандалии, фляга.

Никогда не брал с собой фотоаппарат. Ему было неинтересно сняться рядом с. Он пытался услышать. Без толку. Самые большие и самые маленькие храмы, будда, лежащий и сидящий, – мелькали мимо. Что-то торкнуло у Стены Плача. Ненадолго, вот было – и уже нет, исчезающее – не догнать, не поймать. Место силы, если оно все же где-то было, упорно не хотело совпадать с маршрутами Марка.

В очередную поездку Марк добрался до Шри-Ланки. На этот раз ему казалось, что на вершине Львиной скалы он наконец-то сможет снова услышать то, что разыскивал все эти годы.

Поднялся легче многих. Годы путешествий давали о себе знать – когда нужно, он научился терпеть. И вот он на вершине – еще один турист, заплативший деньги за то, чтобы подняться вверх на сто семьдесят метров.

– И как?

Марку не нужно было вспоминать этот голос.

– Здравствуй, Мария.

– Не забыл. Нашел то, что искал?

– Нет.

– А в пустыне?

– Ты ушла, и все исчезло…

– Ну да… Есть еще океан.

– Я думал об этом. Пока не знаю, как это устроить.

– Купи круиз.

– Это не то.

– Конечно, не то, Марк, это все не то.

– Поможешь?

– Может быть… Только хорошенько подумай, что именно ты хочешь найти.

Марк так и не повернул головы. И не мучил себе сомнениями – конечно, на вершине скалы было жарко, но для шизофрении он был слишком стар.

В третий раз Мария пришла к Марку прямо в его школу. Класс ошалел, когда учитель русского языка объявил, что на сегодня урок закончен, и вышел из кабинета вместе с тоненькой женщиной, зашедшей на занятия босиком, закутанной в сари, несмотря на то что за окошком был очень даже мороз.

Марк на такие вещи внимания не обращал. В конечном счете, он не вполне был уверен, что Мария вообще человек. Он удивился, что все-таки ее видит кто-то еще, кроме него.

Мария шла босиком по питерской мерзлой земле, будто кто-то расстилал перед ней ковровую дорожку с подогревом.