Ад на все времена

– Не отводи глаз от зеркала, – шептал он. Монстр высунул свой длинный окровавленный язык и лизнул мне ухо. Я вздрогнул и почувствовал, как желчь подкатила к горлу.

Зверь все сильнее сдавливал мои плечи, впиваясь когтями в плоть. Мои плечи словно горели огнем. Слезы боли и ужаса катились по щекам. Я не мог отвести глаз от зеркала, переводя взгляд со своего отражения на отвратительное существо и обратно.

На мое удивление отражение внезапно исчезло, вместо этого я увидел огромный пожар. Пламя полыхало, вздымаясь вверх, выплевывая яркие угольки.

Огонь превратился в огромную скользящую змею. Увидев меня, змея открыла пасть и зашипела. То, что я увидел в этой пасти, заставило мою кровь заледенеть.

Она была заполнена огнем. Мало того, что пламя было внутри, казалось, что глотка змеи – это озеро огня. Кроме того, я мог различить в нем фигуры костлявых безволосых фигур.

Внезапно операционная за моей спиной наполнилась криками. В этот момент зеркало начало растрескиваться на две половины. Я попытался прикрыть уши, но змеиный взгляд, который теперь раздвоился в разбитом зеркале, не давал мне двинуться с места.

Мой взор был прикован к несчастным обреченным душам в пасти змеи. Их лица изображали агонию, они толкали друг друга, пытаясь выбраться из огня, полыхающего за змеиными зубами.

Мне на глаза попалась одна фигура. Человек пытался перелезть через других, чтобы вырваться из огня, но его столкнули обратно в озеро. Он поднял голову и посмотрел на меня. Лицо его было черным от огня, и я мог ясно видеть только его темные, полные безнадежности глаза.

Он протянул руку, будто пытался схватить меня.

– Сынок, помоги мне! Пожалуйста!

Это был мой отец! Он был заключен в пасти змеи между этими ужасными клыками, и выхода оттуда не было. Я продолжал смотреть на него, не в силах ему помочь, в то время как мое собственное тело чувствовало, что тоже горит.

– Ты видишь, как твой отец горит в аду? – шептало существо позади меня. – Скоро ты к нему присоединишься.

Чудовище провело лапой по моей спине, и я почувствовал жжение.

Медленно, буква за буквой, слова «П-О-М-О-Г-И М-Н-Е» начали складываться на треснувшем стекле. Как только появлялась новая буква, предыдущая исчезала.

Я закрыл глаза и прошептал: «Господи, помилуй меня!»

Рука коснулась моего плеча, и я вздрогнул. Я открыл глаза, чтобы увидеть комнату и ее обитателей в полном порядке, как ни в чем не бывало.

Мой ассистент стоял рядом со мной с обеспокоенным выражением лица.