Этот жестокий замысел

Не знаю, что происходит между ним и Даксом, но уверена, между ними что-то есть, хотя он мне об этом ничего не говорил. Мне трудно представить их вместе. Дакс слишком серьезно ко всему относится, а Леобен, наоборот, все пытается превратить в шутку. Тем не менее между ними напряженная атмосфера, и я удивляюсь, как не заметила этого, когда мы путешествовали вместе.

Хотя это было мрачное время, которое освещалось лишь одним лучиком света – Коулом.

– Ну что ж, снижаемся, – зависнув над парковкой, говорит Леобен.

От порывов ветра по траве бежит рябь.

Коул тут же закрывает меня собой.

– Не делай резких движений. Дай нам провести переговоры. – Он тянется к моей руке и на мгновение сжимает ее, а затем отпускает.

Я открываю рот, чтобы приободрить его, сказать о том, как жалею, что привела его сюда, зная, что он хотел скрыться, но дверь «Комокса» с шипением открывается, а трап опускается на землю.

Коул и Леобен поднимают руки и выходят из квадрокоптера. Когда они спускаются по трапу, солдаты целятся в них из винтовок, но не слышно ни приказов, ни лязга наручников, ни свиста пуль. Коул поворачивается ко мне и еле заметно кивает, после чего я поднимаю руки и следую за ними, а Дакс, пошатываясь, идет следом.

Трава блестит от дождя, холодный воздух звенит от криков голубей. Перед выстроившимися в ряд солдатами стоит мужчина с рыжеватыми волосами в серой военной форме.

– Катарина, – говорит он. – Приятно наконец-то с вами познакомиться. Меня зовут Чарльз Бринк.

Я выпрямляюсь. Бринк. Глава Центрального штаба «Картакса». Я удивлена, что он лично прилетел сюда. Его голос звучит дружелюбно, но меня он сверлит пристальным взглядом, словно пытается прочитать. Он высокий, с выверенной улыбкой и тщательно выстроенными морщинками вокруг глаз, которые придают ему добродушный вид.

– Вольно, лейтенанты, – говорит он. – Моя команда сообщила, что на прошлой неделе вы оба использовали технологии тайных агентов.

– Нас ранило, сэр, – начинает Коул, но Бринк перебивает его:

– Ты планировал отправиться за Лакланом в одиночку.

Плечи Коула опускаются:

– Да, сэр.

Бринк кивает с удовлетворенным видом:

– Трудно осуждать тебя за это. Но я рад, что ты решил вернуться.