Этот жестокий замысел

Идеального до мельчайших деталей. Распущенные волосы до плеч, бледная кожа, румянец на щеках.

Она выглядела очень реалистично.

Я прижимаю руки к глазам, пока не появляются неоновые пятна. А в это время в голове вспыхивают разрозненные воспоминания: лаборатория, лес, другие дети. Провода и скальпели, ремни и серые одеяла, от которых чесалось все тело. Я отбрасываю их, вжимая ногти левой руки в ладонь. Меня не волнует, что этому трюку меня научил Лаклан, потому что сейчас важнее то, что эта боль заглушает ураган, бушующий во мне, и возвращает самообладание.

Черная куртка, рюкзак за спиной и винтовка в одной руке. Сверкающие светло-голубые глаза встречаются с моими, и адреналин, бегущий по венам, растворяется от облегчения.

– Коул, – выдыхаю я и устремляюсь к нему.

Он раскрывает объятия и смущается, когда я бросаюсь на него и обхватываю руками за шею.

– Привет, – бормочет он, покачнувшись от моего веса. – Ты в порядке?

Я просто киваю и крепче сжимаю его в объятиях. Он весь день провел в лесу на наблюдательном пункте, и от него пахнет землей и дождем, а еще еле уловимо им самим. Этот запах для меня словно маяк в шторм. Такой родной. Мы перекинулись всего парой слов за несколько дней, не говоря уже о прикосновениях. Я спала в джипе Леобена почти все это время, чтобы не беспокоить Коула, пока он исцелялся, но теперь это решение кажется глупым.

Он отстраняется и смотрит на меня сверху вниз.

– Что ты здесь делаешь?

– Мы слышали взрывы. Я думала, ты ранен.

– О, конечно, – более спокойным голосом произносит он. – Они были к югу отсюда, около лагеря выживших. Я решил, что это фейерверки.

Фейерверки. Я приглушенно хмыкнула.

– Не верится, что мы об этом не подумали. И отправились спасать тебя.

– Ну-у, – тянет он и отступает назад, чтобы осмотреть меня целиком, останавливаясь взглядом на ушибленных руках и том месте, где должна висеть моя кобура, – похоже, ты просто перетренировалась.

Я закатываю глаза и отмахиваюсь от его слов. А он улыбается и проводит рукой по темным взъерошенным волосам. Они уже падают на глаза, потому что исцеляющая технология, которая отвечает за регенерацию клеток, влияет и на их рост.