Этот разрушительный элемент

Мне требуются все мои силы, чтобы не отшвырнуть осколок в сторону и не обнять его, чтобы зарыться ему в шею и выплакать все те слезы, что я старательно сдерживала последние недели.

За это время я бесчисленное количество раз воображала, как кто-то придет и найдет меня здесь, но понимала, что это невозможно. Так что неудивительно, что при одном взгляде на Леобена у меня подкашиваются ноги. Еще один толчок сотрясает лабораторию, и в голове тут же вспыхивают отрезвляющие слова, которые я повторяю себе каждый долгий мрачный день в этой симуляции.

«Не обманывайся».

Может Леобен и объявился тут, чтобы помочь, но нужно еще в этом убедиться и понять, как он пробрался в симуляцию. Я ведь не просто заперта в какой-то лаборатории – я заперта внутри тела, которое мне не принадлежит. Это симуляция создана нейронным имплантом в черепе Цзюнь Бэй, а значит, Леобен должен был как-то его взломать. Так что лучше держать себя в руках, пока не выясню, что происходит. Только идиот станет прыгать от счастья, поймав проблеск надежды.

Я делаю медленный вдох и скручиваю свои эмоции в тугой клубок в груди.

– Как ты здесь оказался, Ли?

– Это долгая история… – начинает он, но тут же замолкает, когда стены сотрясает новый толчок.

Пол ходит ходуном. Я напрягаю ноги, ожидая, пока все успокоится, но за ним следует еще один и еще, под перелив мензурок, стоящих на металлических полках позади меня. Дети еще ближе прижимаются ко мне, а Анна обвивает руки вокруг моей ноги.

Леобен хватается за стену.

– Что, черт возьми, происходит?

По лаборатории разносится треск, а по потолку расползается паутина из трещин. Я поднимаю глаза и едва успеваю увернуться от куска штукатурки.

– Каждый раз, когда Цзюнь Бэй получает ранение, симуляция становится нестабильной. Но обычно это быстро заканчивается.

Мензурки со звоном падают вниз и разбиваются о бетон. Дети с визгом отползают в сторону.

У меня по спине расползается холодок. Это не похоже на толчки, случавшиеся раньше.

Да, они всегда были сильными, но ни один из них даже не сравнится с этим. В груди разрастается вибрация, словно кто-то рядом врубил басы на полную мощность. Но я по-прежнему не вижу картинок или проблесков происходящего перед глазами Цзюнь Бэй. Либо она сильно ранена, либо присутствие Леобена повлияло на симуляцию – а может, и то и другое вместе.

– Готова выбраться отсюда? – кричит Леобен. – Мне не по себе от этого места.