Люблю, но не женюсь

Позволь мне объяснить. Брак – это партнерство. А это означает, что ты должен учитывать чувства другого человека. Обманывать свою будущую жену, имея любовницу, даже если эта любовница находится за океаном, вряд ли правильный способ создания прочных и долговременных отношений.

– А у тебя имеется опыт долговременных отношений? – парировал он. – Ты что-нибудь знаешь о них? Думаю, нет. Единственный пример для тебя – это отношения с твоей кузиной и с твоими лошадьми. Ты добилась больших успехов на скачках, Меган.

Почему ты сейчас в них не участвуешь?

Она лихорадочно придумывала приемлемый ответ. Такой, в который Хавьер поверил бы. Такой, который убедил бы его в том, что он не заставит ее изменить решение. Если только он не изменит свое.

– Десять лет я мечтала о том, чтобы оказаться в десятке сильнейших, – наконец сказала Меган. – Я устала, и мне надо отдохнуть. Я скучаю по своей кузине. Я хочу помочь Ханне подготовиться к свадьбе. И теперь, когда мой дядя покинул ферму, у меня нет причин избегать этого места.

Я правильно поступила, Хавьер, и я не собираюсь возвращаться в Европу. Ни ради тебя, ни ради твоих лошадей. Я не вернусь, поскольку ты собираешься жениться.

В ту же секунду Меган поняла, что это правда. Она не могла вернуться к нему, потому что он женится на другой. Ей было бы невыносимо видеть Хавьера и его жену на скачках или на банкетах, устраиваемых после заездов. Они постоянно сталкивались бы друг с другом.

А Хавьер, несомненно, ожидает, что она по-прежнему будет работать с его лошадьми даже после того, как он принесет клятву верности своей молодой жене.

Та жизнь, которую она вела в Европе, была окончена. Там же остались ее друзья. Меган было больно думать об этом, и, хотя она месяц провела на родине, какая-то часть ее все же хотела вернуться. Но это было невозможно.

Эмоции, переполнявшие ее, грозили поднять мятеж. Глаза и горло горели, стало трудно дышать.

Она не заплачет. Тем более перед Хавьером. Сжав зубы и стараясь совладать с собой, Меган повернулась и пошла прочь.

– Почему ты хочешь изменить условия нашего любовного романа? – крикнул он ей вслед.

Поразившись тому, что такой умный человек может быть таким недогадливым, молодая женщина остановилась:

– Ты любишь меня, Хавьер?

Лицо его стало каменным.

– Любовь никогда не была частью нашего соглашения.