Разбойники Сахары. Пантеры Алжира. Грабители Эр-Рифа

На людей и верблюдов обрушивались настоящие волны, но не воды, а песка.

Небо пылало. Туча выглядела жидкой, пышущей нестерпимым жаром смолой. Беглецы чувствовали, что пекутся заживо, будто угодили в раскаленную добела печь.

Мехари, однако, не останавливались. Они бежали во весь опор, вытянувшись в струну: шея напряжена, голова опущена, чтобы меньше вдыхать горячий воздух, сушащий легкие. Под шквалом песка и гравия верблюды перебирались с бархана на бархан, даже не замедляя бега.

– Не бойтесь, госпожа! – прокричал де Сартен.

– Ветер сейчас сбросит нас с седла, – ответила Эстер, плотнее прижимаясь к маркизу.

– Не бойтесь, я с вами.

– А как же караван? И Эль-Хагар?

– Их не видно.

– А мой брат?

Маркиз повернул голову и вроде бы заметил тень в просвете летящего песка, становившегося все гуще и гуще:

– Думаю, следует за нами.

Верблюд бежал как бешеный, временами издавая придушенные стоны. Куда он бежал? Этого маркиз знать не мог, ему оставалось только довериться инстинкту животного.

Порывы ветра ужесточились, песчаные вихри сделались яростнее. Вокруг уже ничего нельзя было разглядеть, в том числе мехари Бена и Рокко. Жара нарастала. Маркиз почувствовал, что сейчас задохнется. Раскаленный воздух резал потрескавшиеся губы, обжигал глотку и легкие. Голова кружилась, глаза саднило от попавших под веки песчинок, в ушах звенело.

Однако де Сартен не сдавался. Лишь сильнее стискивал ногами бока задыхающегося верблюда и прижимал к груди Эстер, чьи длинные черные волосы, растрепавшиеся на ветру, били его по лицу, обвивались вокруг шеи.

Вдруг верблюд остановился. Подняв голову, маркиз увидел сквозь пелену песка какую-то темную массу.

– Неужели спасены?.. – пробормотал он.

Мехари рухнул на землю и спрятал морду между колен. Де Сартен слез с верблюда и, по-прежнему прижимая к себе Эстер, укутанную в хайек[19 - Хайек – традиционная женская верхняя одежда народов Северной Африки.], бросился туда, где что-то темнело.

Это оказалась пещера, вероятно когда-то служившая логовом какому-нибудь зверю. Довольно высокая, неправильной формы, она уходила вглубь скалы на несколько метров. Песок под ногами был усыпан пожелтевшими от времени костями.

Осторожно опустив девушку, де Сартен обнаружил, что она не подает признаков жизни.