В дебрях Атласа

Его расстреляют, если мы не спасем его раньше трех недель, – ответил Хасси.

Несколько минут между отцом и дочерью царило тяжелое молчание, затем Афза выпрямилась и, прижимая руки к груди, будто желая сдержать сильное биение сердца, сказала:

– Я должна спасти его.

– Ты? – воскликнул Хасси с изумлением и страхом.

– Разве во мне не течет арабская кровь? Ты сам сказал это. И к тому же кровь древних воинов, потомков мавров Альгамбры, Гранады и Кордовы…

Хасси смотрел на Афзу и видел в глазах этой молодой женщины, которую можно было бы назвать еще девочкой, так как ей шел всего шестнадцатый год, тот же дикий угрожающий огонь, как в начале разговора.

– У меня есть мое длинное ружье, а ты знаешь, что еще ни разу я не давал промаха из него… – начал он.

Звезда Атласа энергично покачала головой.

– Если б ты даже убил вахмистра, то не освободил бы таким образом моего возлюбленного господина.

– Что же ты хочешь сделать?

– Пойду к вахмистру и постараюсь добиться, чтоб он отпустил моего господина.

– Нет, Афза, это невозможно.

– Я заставлю отпустить графа. Ты только одолжи мне свой кинжал, проводи меня в блед и сам не отходи далеко… Все остальное – дело мое.

– Но он может бежать без тебя. Сержант обещал помочь ему. Решетка уже почти выломана, остаются только кандалы. Об этом я позаботился.

– А я думаю о часовых, день и ночь ходящих вокруг бледа. Великий Магомет! Ведь они могут убить графа, когда он попытается бежать! Отец, я люблю этого христианина, сделавшегося моим господином!.

Последние слова Афзы прервались рыданием.

В это мгновение в дверях появился старый негр и доложил, что к дуару подъезжает верховой франджи.[18 - Словом «франджи» арабы Алжира называют всякого европейца. – Примеч. авт.]

На равнине показался всадник верхом на статной гнедой лошади, оседланной по-алжирски, с седлом и уздой, украшенной бахромой. На всаднике был голубой мундир и красные рейтузы; на голове картуз с большим козырьком и родом белого платка сзади.

– Отец! – воскликнула Афза. – Это спаги вахмистра.

Хасси обратился к негру.

– Принеси ружье с длинным стволом.

Афза повелительным жестом остановила раба и, обращаясь к отцу, дрожавшему от ярости, сказала так же решительно:

– Ты не убьешь этого человека. Сам Аллах посылает его.