Капитан Темпеста. Дамасский Лев. Дочери фараонов

– Возможно, он хочет нас выследить и сдать в руки Мустафе раньше, чем мы покинем Фамагусту, – прибавил лейтенант.

Турок презрительно усмехнулся:

– Мулей-эль-Кадель значит гораздо больше, чем жалкий отступник. Пусть только попробует перейти мне дорогу, если осмелится.

Потом, сменив тон, повернулся к герцогине и сказал:

– Вы хотели знать, где мои соотечественники содержат виконта Л’Юссьера?

– Да, – отвечала герцогиня, рывком поднявшись и зардевшись.

– Я знаю, где он находится!

– Его увезли с Кипра?

– Нет, он в замке Хусиф и останется там до тех пор, пока Венецианская республика не захочет подписать мирный договор.

– Как вы сказали? – спросила герцогиня.

– В замке Хусиф.

– И где этот замок?

– В бухте Суда.

– Его охраняют?

– Возможно, но точно сказать не могу.

– И как туда можно добраться?

– По морю, синьора.

– Мы сможем найти какую-нибудь галеру?

– Об этом я тоже позаботился, синьора, – сказал Мулей-эль-Кадель. – Я знаю, кому можно вас поручить.

– Туркам?

– По моему приказу они тотчас же освободят небольшое судно.

Вам только надо будет соблюдать осторожность и делать вид, что вы мусульмане, а не христиане. А в Суде вы найдете достаточно отступников, не принявших сердцем нашу веру, – с улыбкой добавил Дамасский Лев, – и они будут счастливы вам помочь. Мы знаем, чего стоят те, кто принял нашу веру, но так глубоко чувствовать ее, как мы, они не могут. Синьора, вы сможете сесть в седло?

– Надеюсь, – отвечала герцогиня. – Моя рана не так серьезна, как казалась поначалу.

– Я бы вам советовал уезжать этой же ночью. Янычары или этот польский отступник могут обнаружить ваше убежище, и моей популярности среди мусульманского войска будет недостаточно, чтобы вас спасти.

– А как же мы сможем пройти через патрули, которые мусульмане выставили вокруг Фамагусты? – спросил Перпиньяно.

– Я проведу вас сквозь посты внешней охраны, – отвечал Мулей-эль-Кадель. – Меня остановить не посмеют. Достаточно будет моего имени, чтобы вас пропустили.

– Надо уходить без промедления, госпожа, – сказал Эль-Кадур, наклонившись к герцогине. – Я опасаюсь проклятого поляка.

– Помоги мне, – попросила девушка.

Араб вздрогнул и на секунду смешался, но потом бережно обвил ее сильными руками и поднял легко, как ребенка.

– Я смогу держаться в седле, – сказала герцогиня, приветливо улыбнувшись Мулею-эль-Каделю. – Или я не Капитан Темпеста?

Турок не отвечал, только с восхищением глядел ей в глаза.