Я не игрушка

Руби усмехнулся и подбадривающе похлопал ее по плечу:

– Все будет хорошо. Ты справишься! – Затем снова поднял микрофон и обратился к публике:

– Джентльмены, представляю вам нашу последнюю участницу. Клэр Калдиера – наша местная красавица. – Он выдержал паузу для приветственных аплодисментов. – Думаю, все жители города знают, что Клэр принципиально не ходит на свидания. Не расскажешь нам, почему ты не даешь мужчинам Пало-Верде шансов завоевать твое сердце?

В аудитории раздались тихие смешки, и Клэр окончательно смутилась.

Надоело выслушивать нытье мужчин, когда отказываешься переспать с ними после первого свидания – этот сойдет. Не говорить же, что у нее в семье всем женщинам не везет с мужчинами, вот она и решила не рисковать. Едва ли это повысит число желающих купить свидание с ней! У нее был еще один ответ, но в нем она даже себе не готова была признаться. Зачем сообщать всем, что один парень разбил ей сердце много лет назад, и она до сих пор не оправилась от этого удара?

В конце концов Клэр собралась с силами и широко улыбнулась, надеясь, что улыбка получилась не слишком вымученной.

– Мне почти всегда приходится вставать в четыре часа утра, чтобы донатсы и тортики ждали тебя, Руди, и других посетителей к завтраку. А большинство мужчин не хотят провожать девушку домой сразу после раннего ужина часов в шесть вечера.

Руди довольно облизал губы и похлопал себя по животу:

– Ох и вкусные они у тебя… Так что, джентльмены, сегодня у вас есть отличный шанс поужинать с Клэр в удобное для вас время.

Клэр показалось, что пол начал качаться у нее под ногами.

«Пятьсот долларов? Какой мужчина в трезвом уме предложит пятьсот долларов за свидание со мной?» – пронеслось у нее в голове.

Она уже готова была униженно развернуться и побежать за кулисы, как вдруг кто-то из гостей поднял табличку.

– Пятьсот, – обрадовался Руди. – Пятьсот долларов. Кто-нибудь предложит пятьсот пятьдесят?

Клэр вздохнула с облегчением, и ее охватило любопытство. Кто из мужчин поднял табличку? Она всмотрелась в зал и смогла разглядеть человека в первом ряду. Им оказался, как и следовало ожидать, Виктор Баллард.

– Пятьсот пятьдесят долларов? – спрашивал Руди тем временем. – Пятьсот – раз. Пятьсот – два.