Вместилище чужой души

Оставшись один на берегу, Дэн включил камеру, сделал краткий обзор пристани, рассказал предысторию острова, направился к лесу, собираясь ещё немного пройти вперед.

– Дорога до больницы будет долгой, – вещал он, продираясь через заросли, стараясь не зацепить объектив, – не знаю, передает ли видео, но обстановка здесь крайне гнетущая… хотя, возможно, я себя просто накручиваю, но впечатление, что за мной кто-то всё время следит, не оставляет… радует только треск веток под ногами… иначе бы в ушах звенело от напряжения… – голос едва заметно дрожал, собственно, как и руки.

Дэн выключил камеру и стер капельку пота со лба. Да что ж это с ним такое? Ещё не ночь, а уже поджилки трясутся. И главное, же причин никаких нет… Лес и лес. Да, людей жгли, много смертей. И что? Как будто остальная земля в мире кровью не пропитана. Вон сколько людей гибнет во время войны! А войны, сколько есть человечество, были и будут! Так что теперь, у всех памятников трястись?

– Чувак! – раздался громкий голос Чака у самого уха.

От неожиданности Дэн вскрикнул и чуть не выронил камеру. Его мат утонул в дружном хохоте подошедших Чака и Сэма.

– Ну ты даешь! – сквозь слезы прохрипел Чак. – Вот что надо было снимать! Твоя рожа в этот момент… – больше сказать не получилось, темноволосый снова засмеялся.

– Пошел ты! – обиделся Дэн.

– Зато очень реалистичный видос будет, – примирительно заметил Сэм, успокаиваясь, – а то прошлый затроллили. Типа, не тот уже Рыжий Дэн, переигрывает… а тут хоть Оскар давай!

Дэн поудобнее перехватил свою сумку с оборудованием и, ругаясь сквозь зубы, продолжил путь к виднеющемуся зданию.

– Чего стремаешься-то? – участливо поинтересовался блондин у друга.

Дэн хотел сначала огрызнуться, но неожиданно для себя признался:

– У меня такое чувство, словно за мной всё время кто-то наблюдает.

– У меня такое же, – проникновенно заговорил Чак, понижая тембр голоса, – и это ты и Сэм, – снова заржал он.

– Ча-а-ак! – предупреждающе протянул Сэм.

– Не, ну а чего? Правда же! – посмеиваясь ответил Чак.

– А может, мы сейчас на тебя камеру повесим, и ты сам попрешься шариться по полусгнившему дому? А потом на чумной яме посидишь, на той стороне острова? А? – взбесился Дэн.

– Милашка у нас ты, – елейным голосом произнес Чак, – кто захочет смотреть на прыщавого долговязого парня? Да и на упитанного кругляша? – он перевел взгляд на Сэма.