Повелитель гусениц. Финал

Что происходит? Оказалось, их сейчас выпустят и пригласят на трапезу. Но перед этим они должны привести себя в порядок и одеться… Одеться???

Андриана отвели в его комнату. Невиданные блага комфорта вызвали у хомяка восхищенный свист. Кровать была необычайно мягкой, подушка радостно принимала в свои объятия его голову, призывая закрыть глаза и забыться… а простынь и одеяло… Андриан не удержался и всё-таки плюхнулся на них, поелозил спиной по лощеной ткани, затем раскинул лапки в стороны и стал двигать ими, как перевернутый на спину навозный жук, при этом блаженно жмурясь от удовольствия.

– Ты странный, – сказал новоиспеченный толстый брат.

На Одуванчике были надеты просторные штаны и рубашка к ним в тон. Наверное, это смотрелось красиво, если бы имело место быть. Белый хомяк не выглядел фраером, как синий, скорее просто клубком шерсти, запутавшимся в ткани. Он даже вел себя соответственно: часто крутился, осматривая себя.

– А я красивый, – заключил Одуванчик.

Андриан лишь скептически хмыкнул. Всё ж родня. Он, Андриан, вот тоже считает себя… да что там, считает, он и есть самый красивый.

Одежда, предназначенная ему, лежала ровной стопочкой на стуле. Всё внутри протестовало и кричало о нарушении прав и свобод такой личности, как Андриан, но вызывать лишний раз неудовольствие их тюремщика не хотелось.

Черные брюки были впору, светлый свитер тоже. А нижнее бельё Андриан так и не стал под это дело надевать: хоть как-то уменьшить величину собственного позора.

– Прости меня, мама, – пробормотал себе под нос Андриан, стараясь даже не смотреть на самого себя.

Дверь приоткрылась, но на пороге никого не стояло. Одуванчик испуганно дернулся в сторону, чуть не опрокинув стол.

– Тетка эта с вишнями, невидимая, пришла, – сообщил некромант, почувствовав знакомую энергетику. – Зовет есть, видимо.

Белый хомяк в предвкушении сложил лапки на животе и широко улыбнулся.

Обеденный зал, или как там называлось это помещение у синего, было под стать хозяину. Вычурное. Увидев на столе многообразие блюд, некромант забыл про всё на свете и поспешил сесть, не дожидаясь разрешения.