Долго и счастливо

Понимание, что они находятся здесь незаконно, добавляло остроту моменту и тем чувствам, которые она не должна была испытывать к Свэну.

У довольно большого раскидистого дерева, обремененного сочными плодами, девушка остановилась и стала срывать яблоки. Свэн подошел к Оливии, вытащил край рубашки из брюк и оттянул вперед, формируя своеобразную сумку. Девушка аккуратно складывала туда добытое, периодически бросая на юношу счастливые взгляды.

– Эй! А вы кто? И что здесь делаете? – раздался вдруг хриплый старческий голос.

Зажатое в руках яблоко Оливия уронила, вздрогнув от неожиданности. Она переглянулась со Свэном. Побежали к калитке они одновременно. Страх добавлял прыти Оливии, а вот длинное платье – нет. Девушка подобрала подол платья, чтоб не мешалось, и ускорилась, обгоняя напарника.

***

Городской парк в это время был многолюден, но у них получилось подгадать момент и занять освободившуюся беседку. Красивую деревянную постройку с трех сторон плотно обнимали вьющиеся растения, частично скрывающие людей, захотевших тени и уединения.

Оливия сидела на скамье, болтала ногами и ела яблоко. Рядом сидел Свэн и тоже хрустел спелым фруктом. Остальные яблоки, что они каким-то чудом не растеряли по дороге, лежали на скамье.

Девушка довольно улыбалась. Было так хорошо на душе. Так весело. Глупая, не по возрасту проделка вернула то самое ощущение легкости в её жизнь. Развеяла на мгновение странные непозволительные мысли о Свэне, снова сделала его просто другом и братом, с которым можно поговорить о чем угодно, с которым хорошо быть рядом.

Оливия в очередной раз откусила яблоко, откинулась на спинку скамьи и покачала ногой. Перед глазами вдруг встал образ матушки Элеоноры с немым укором во взгляде, и девушка резко распрямила плечи и ровно села, сместилась и поставила ноги на землю. Свэн заметил перемены, усмехнулся и толкнул её в плечо.

– Да брось, матушка нас не видит, к чему этикеты и жеманство?! – весело проговорил юноша. – Мы же для этого и сбегаем, чтобы побыть собой хоть какое-то время.

Оливия тепло ему улыбнулась, облегченно выдохнула, снова удобнее устраиваясь на скамье, но ногами всё ж не болтала больше. Привычная фраза матушки: «Настоящей леди так себя вести не стоило» плотно сидела в голове, сковывая свободу действий.

Последние годы матушка Элеонора особенно усердствовала, собираясь сделать из Оливии настоящую даму из высшего общества Налии, и нанимала лучших учителей в попытках дать девушке достойное образование.